– «Что Вы имеете в виду под обезъянними играми? Извольте объясниться.» – проскрежетал сквозь зубы Полковник.

– «Понимаете полковник, человек все-таки произошел от обезъяны. Это твердо установленный научный факт, что бы там не говорили всякие ниспровергатели науки. И в силу этого, всякий человек несет в своих генах тяжкое наследие прошлого – инстинкты диких предков. А обезъяны – животное стадное, а в стаде всегда есть своя иерархия: есть вожак, есть отверженные, и есть вся иерархическая лестница между ними, и каждая обезъяна пытается вскарабкаться по этой лестнице. Вот откуда берет начало стремление людей к власти, к славе, к почету, к деньгам, короче говоря стремление обойти своего соседа. Все общества прошлого использовали это стремление в качестве источника своего развития. Особенно отличился в этом капитализм – это уже не просто обезъяньи игры, а целая обезъянья олимпиада, очень эффективно эксплуатирующая все инстинкты, доставшиеся человеку от диких животных. Но ведь человек – это не только дикие животные инстинкты, это еще и то, чего у животных нет – это разум. Разум способен победить инстинкт. Разум – это шанс на освобождение человека от тирании инстинктов. Но этот шанс не может быть реализован, пока само устройство общества заставляет человека принимать участие в обезъяньих играх. „Нанотех“ дает нам возможность прекратить наконец эту затянувшуюся обезъянью олимпиаду, перестать жить так, как живут обезъяны, и начать наконец жить так, как должны жить люди, то есть жить по разуму, а не по инстинкту.»

– «Что-то я не понимаю Вас, гражданин Левшов. Вроде бы Вы умный человек, выдающийся изобретатель, а рассуждаете до невероятности наивно. Вы что же, так вот просто намерены взять и изменить все общественное устройство? Произвести, так сказать, мировую революцию, которая сразу, в один день возьмет и всех уровняет? Кто был всем, вдруг станет как все? И Вы всерьез надеетесь, что люди, имеющие власть и деньги, занимающие высокое положение в обществе, так вот просто со своим высоким положением расстанутся? Какая политическая наивность! И Вы еще надеетесь, что мы будем Вам помогать и предоставим Вам время на телевидении? Я конечно передам эту Вашу просьбу вверх по инстанциям, но ответ ясен заранее – никто Вам эфирного времени не даст. Более того, Вас посадят за хищение государственной собственности, раскрытие военной тайны, и, как теперь выясняется, еще и за попытку изменения общественно-политического и экономического строя Российской Федерации!»

– «Во-первых, полковник, посадить меня в тюрьму очень сложно. Физически невозможно…»

– «Это почему же?» – удивился Полковник.

Левшов молча взял со стола все еще работавшую «видеосистему». Он поднял ее за край и она обвисла как тряпка. Какую-то долю секунды на смятой поверхности продолжало двигаться изображение, которое вдруг внезапно исчезло и вместо него появился клетчатый узор… как на носовом платке. Прошла наверное еще одна секунда, пока до Полковника наконец дошло, что Левшов действительно держит в руке носовой платок. Левшов громко высморкался в платок, бросил его на пол, где платок тут же, на глазах у Полковника, растворился и исчез, и сказал: «А вот когда попытаетесь посадить, поймете почему! Это во-первых. Во-вторых, никто не собирается отбирать у правящих кругов Российской Федерации их виллы, „Мерседесы“, счета в швейцарских банках, министерские портфели – все их игрушки и побрякушки. Если они еще не наигрались в свои обезъяньи игры, то пусть играют дальше, до полного одурения. Единственное, что „Нанотех“ у них отнимет – это народ Российской Федерации. Но ведь народ, с самого момента возникновения РФ, был для них одной обузой. Промышленность и сельское хозяйство они развалили – то есть лишили народ возможности кормить себя самого, теперь его надо кормить сверху. А это значит, что надо делиться с народом нефтедолларами, а они по-своей жадности этого не хотят. И хотя они пенсионеров голодом морят, систему здравоохранения развалили, общий уровень жизни снизили так, что рождаемость упала почти до нуля, войны какие-то непонятные придумывают, молодых парней убивают, избыточное (с их точки зрения) население убавилость недостаточно, и народу все равно для них слишком много, не знают они куда его девать. „Нанотех“ избавит правительство от этой обузы, взяв заботу о народе на себя, так что, по идее, оно должно быть нам благодарно за это. И единственное, что мы просим в качестве благодарности, это чтобы правительство навсегда забыло, что народ существует, и не донимало его больше никогда налогами, поборами, всенародными голосованиями и призывами в армию.»

– «Значит, гражданинин Левшов, Вы собираетесь позволить народу жить без государства. А как же тогда, позвольте полюбопытствовать, Вы намерены поддерживать среди народа порядок? Кстати, можно ли с помощью „Нанотеха“ производить оружие и наркотики?»

– «Теоретически возможно. Но мы намерены закрыть доступ к программам изготовления таких вещей для рядовых пользователей сети „Нанотех“. Только администраторы сети „Нанотех“ будут иметь доступ к оружию, на случай если кто-то все же попытается использовать „Нанотех“ во вред людям, и нам придется с ним бороться.»

– «Так. Хорошо. Очень хорошо. Значит в Вашем новом прекрасном разумном мире все будут равны, но некоторые будут равнее других. Замечательно.» – сказал Полковник. Мир, совсем было обрушившийся вокруг него, снова стал потихоньку восстанавливаться. Никакой равноправной, однородной массы людей не будет. Все снова распределятся по ступенькам. Денег может быть и не будет, но будут уровни доступа к информации. Чем выше ты в социальной иерархии, тем шире доступ. И конечно же им понадобиться полиция. Полиция всем нужна. Хотя денег конечно все равно жалко – столько нервов на них потрачено. Полковник слегка воспрянул духом. Система, построенная на обезьяньем стремлении каждого стать над всеми остальными, незыблема и вечна, и будет жить покуда жив человек. И это единственная система, в которую Полковник верит. Интеллектуалы могут придумывать капитализм, коммунизм и прочие «измы», но реально-то всегда существовала, существует и будет существовать она одна, родимая, Система с большой буквы, и этой Системе Полковник служил, служит и будет служить, ибо только в ней он может хоть что-то значить в собственных глазах. Суть Системы по первобытному проста, и именно этой простотой и первобытностью объясняется ее незыблемость и вечность. Суть Системы в борьбе за власть. Причем средства могут быть самыми разнообразными: накопление денег, игра в политику и написание законов, дворцовые интриги, наконец просто дать сопернику по голове дубиной. Не в средствах суть. Суть в цели, а цель – власть. Это заложено в человеческой природе, а потому неискоренимо…

Размышления Полковника прервал голос Левшова: «Я знаю о чем Вы думаете, Полковник. Вы думаете о Системе». Полковник вздрогнул и хотел что-то сказать, но Левшов предупредил его вопрос: «Не бойтесь, я вовсе не подслушиваю Ваши мысли, хотя такая техническая возможность в принципе в „Нанотехе“ имеется. Ваши мысли и так легко угадать. Вы думаете о том, что новый мир, открываемый „Нанотехом“, будет таким же как и старый, что обезьяньи игры продолжатся, что никто еще не сумел побороть в человеке обезьяньи инстинкты, ни церковь за тысячу лет, ни коммунисты за семьдесят. Но надо помнить об одной вещи: до настоящего момента у человека, который хотел бы покинуть Систему, не было ни малейшего шанса выжить вне ее – он просто умер бы от голода и холода. „Нанотех“ впервые в истории дает этот шанс. Впервые в истории человеку больше не обязательно вырывать кусок из рук ближнего своего, чтобы быть сытым. Сумеем ли мы использовать этот шанс, чтобы освободиться от власти Системы и победить наконец-то свои животные инстинкты? Если не сумеем, то превратим новый мир в подобие старого, только еще более ужасное, где власть одних людей над другими будет до бесконечности усилена новыми, невиданными средствами „Нанотеха“. Потеря этого исторического шанса обернется для человечества ужасной трагедией.»

– «А если у Вас нет уверенности, что у Вас все получится, зачем вообще надо было всю эту кашу заваривать?»

– «У меня не было выбора. Я знаю, что творится сейчас в нанотехнологических лабораториях по всему миру. Десятки тысяч ученых работают над тем, чтобы создать новое страшное оружие порабощения человека человеком, оружие которое даст правителям полный и абсолютный контроль не только над действиями, над самими мыслями и чувствами народов, контроль, который даже присниться не мог ни одному из тиранов прошлого. Последний шанс остановить надвигающуюся катастрофу – отдать „Нанотех“ в руки народа, и надеяться что разум в конце концов победит темные инстинкты. Другого выхода просто нет. Хуже того, что сейчас готовится в секретных лабораториях все равно не будет. А шанс на создание общества, где будут править разум, свобода и равенство, есть. Небольшой, но есть.»

Видеозапись допроса кончилась, и Полковник выключил магнитофон. С полминуты Генерал задумчиво молчал, и наконец произнес: «Да, этот сукин сын здорово нас припер к стенке… Мы не знаем всех его реальных возможностей, и он пользуется этим, чтобы на нас давить. Главное, тихо прикончить его мы не можем – мы не знаем, как тогда поведет себя эта его „группа товарищей“. Они все на свободе, и наверняка все имеют доступ к „Нанотеху“.

– «Мы знаем кто они такие?» – спросил Полковник.