Перекресток
вернуться

Ладыженский Олег Семенович
Шрифт:

КАК ТРАГИК ТРАГИКУ

Прилетает по ночам ворон…А. Галич
Прилетает по ночам птица…Д. Коденко
Прибегает по ночам страус,Он трагичен, как Максим Рыльский,Говорит: пойдем со мной, фрау,По пустыням оба-два рыскать!Сунем головы в песок,Покумекаем часок.Приползает по ночам полоз,Он печален, как верблюд в Гоби,Говорит: какая нам пользаОт горба, когда весь мир сгорблен?Нет у полоза горба,Знать, поэзии – труба.Приплывает по ночам щукаИ тоскует до утра в ванной:Где Геннадий, голосит, Жуков?Где Коденко, плещет, Диана?Я по-щучьи повелюВыть цепному кобелю.Прибегает по ночам кредо(У поэтов этих кред – уйма),И долдонит: обманул, предал,Плохо кончил, умер и шмумер.Я трагическим пою хором,И белеет от тоски ворон.

ЦИНИЧНО-ПАТРИОТИЧЕСКАЯ ПЕСЕНКА

Лунный свет над равниной рассеян,Вдалеке ни села, ни огня.Я сейчас уезжаю на Север,Я спешу, извините меня.К. Ваншенкин
Лунный свет над страною рассеян,Вдалеке ни села, ни огня,Я сейчас покидаю Расею,Я спешу, извините меня!Говорю вам, как старому другу,Вас нисколько ни в чем не виня:Мне – в Нью-Йорк, вам – к Полярному кругу…Я спешу, извините меня!Мы когда-нибудь встретимся снова,Кто – копейкой, кто – центом звеня,Я – проездом с Канар, вы – с Ростова…Я спешу, извините меня!Над равниной прохладою веет,В зарубежные дали маня,Патриоты в цене на Бродвее…Я спешу, извините меня!Может быть, вы раскаетесь позже,На карьере лопатой звеня,Слыша эхо из Бельгии с Польшей:«Я спешу, извините меня!»,Замолчите, не надо, не спорьте,На судьбу уже поздно пенять…Я звоню вам из аэропорта,Я спешу, извините меня!

ВОЗВЫШЕННО-ПАТРИОТИЧЕСКАЯ ПЕСЕНКА

Не пашу я и не сею,Все страдаю за Расею,От ее забот лысею,От ее скорбей грущу.Не вагоны разгружаю,Не детишек я рожаю –Беспокойство выражаюИ в грядущее тащу.Не по шучьему веленью,Не по волеизъявленью,Я борюсь с душевной ленью,С надругательством судьбы –Я бы как бы весь бы встал бы,Я бы как бы всем бы дал бы,Я бы надолбы да дамбы,Я бы эх бы да кабы,Мне бы, значит, зов трубы –Уж я вам бы напахал бы!

ФАНТАСТИЧЕСКОЕ ДОПУЩЕНИЕ

Допустим, ты – пришелец жукоглазый,Со жвалами, в хитиновом покрове,Рожденный на планете ЫбламаунтВ созвездии Нелепо-ли-намбяше,И, ветром галактическим несомый,На био-крио-трио-звездолетеК нам в мегаполис тупо залетевший,Как залетает дура-малолетка,Поверив ослепительному мачо.Допустим, ты родился при ИванеНе Грозном и не Третьем – Годунове,Хоть никаких Иванов ГодуновыхВ истории отнюдь не наблюдалось,А тут, гляди, взяло и наблюлось.И с этой исторической развилки,Чудес в ассортименте стартовало:Отечество без каверз процветает,Америка накрылась медным тазомИ в космос полетели москали.Допустим, ты – король подземных эльфов,Гномья лесного принц и канцлер орков,Ты – посох мага, ты – топор героя,Ты – болт из потайного арбалета,И артефакт чудесный – тоже ты.Вокруг тебя империи трясутся,На кладбищах пируют некроманты,Сражаются друг с другом кто попало,А ты им и руки не подаешь,Поскольку и велик, и бесподобен.Допустим, ты – фантаст-недописатель,Который допускает то и это,Воображает множество безделиц,Придумывает массу несуразицИ кучу зарабатывает денегТаким своим извилистым талантом.Нет, денег мы, пожалуй, не допустим –Уж больно фантастично допущенье.Но в остальном…

ВЕРЛИБРЕТТО

ВЕРЛИБР ТРЕТИЙ

Хотел прожить жизнь тихо. Не получилось.Хотел – счастливо. Тоже получилось не очень.Хотел одного, получил другое.Смотрю в зеркало, изумляюсь тому, что вижу.Хотел – прожить.Не вышло. Пока ещё живу.Пока ещё хочу.

ВЕРЛИБР ЧЕТВЕРТЫЙ

Если бы я был героем-любовником, я бы портил девок косяками.Если бы я был героем-резонером, я бы всех научил, как жить.Если бы я был героем-неврастеником, я бы заламывал руки.Если бы я был бытовым, рубашечным героем, я бы ругался при дамах.Если бы я был характерным героем, я бы носил бакенбарды.Ах, если бы я хоть чуточку был героем!..

ВЕРЛИБР ПЯТЫЙ

Мои взаимоотношения с судьбой просты: «Я – кукла».Я – перчаточный болванчик.Властная рука наполняет меня, толкая на поступки. Опустев, я страдаю. Подчиняться – легко, вспоминать о подчинении – мучительно.Я – тростевой герой.Управляющие трости создают видимость свободы. Дарят возможность широкого жеста. Я – оратор, романтик, существо возвышенное и патетическое. Если герой велик, его ведут на тростях сразу несколько человек. Одному ведущему не справиться с великим героем.Я – марионетка.В отличие от прошлых обличий, не способных сопротивляться кукловоду, теперь я обладаю малой толикой самостоятельности. Пусть даже это обусловленно всего лишь весом и инерцией.Вешу, следовательно, существую.Хрупкость марионетки – цена ее крошечной свободы.

ВЕРЛИБР ШЕСТОЙ

У каждого свой свет и своя тьма.Но если они начинают именоваться с заглавной буквы – Свет и Тьма, Добро и Зло становятся неотличимы друг от друга ни по методам, ни по облику.Я хотел бы никогда не встречаться с ними, когда они в этом жутком обличьи.Мы связаны нитями. Для одного это – паутина, для другого – шерсть маминого свитера, для третьего – нити марионетки, а для четвертого – струны арфы.Потому что смысл – не в ответах, а в вопросах.Почему я не родился философом?Риторические вопросы – удел неудачников.

ВЕРЛИБР СЕДЬМОЙ

От трагедии до фарса – один шаг.Подавляющее большинство людей обезножело. Они не в состоянии сделать этот шаг. Топчутся на месте, моргая в недоумении. Только что было смешно, а вот теперь, значит, практически сразу, без предупреждения, без письменного уведомления, уже совсем несмешно. Нет, говорят они, мы так не согласны. Вы уж будьте любезны, скажите нам заранее, что мы должны делать в следующую секунду: плакать или смеяться?Мы подготовимся, настроимся…Эти люди не живут.Они все время готовятся, и все время не готовы.Потому что от фарса до трагедии – тоже один шаг.Хотите банальность? Наша жизнь короче этого шага.