Меж тем, единственным человеком, предпринимавшим какие-то действия, была Лора. Она отправила куда-то одного из обслуги, и теперь что-то говорила в телефонную трубку, с тревогой глядя на жертву алкогольной невоздержанности.

Мускулистый член троицы наконец сообразил переместиться к пострадавшему. Он пару раз осторожно толкнул лопатообразной ладонью тщедушное тельце и изрек требовательно: — Эй! — после чего вновь замолчал, сосредоточившись на какой-то мысли.

— Хо-о, Петровича срубил очередной стакан?

К нам подошли еще двое. Судя по их уверенному, даже несколько высокомерному, виду, не соответствующему физическому развитию тел, они были ровней Петровичу.

— А кричал, всех перепьет, перепел!

Один из близнецов попытался объяснить ситуацию:

— Да он это… ни это…

— Это не это, — передразнил его один из вновь прибывших, пухленький блондинчик с женоподобным личиком. Он плюхнулся на подушки, сыгравшие роковую шутку с его товарищем, и, махнув в сторону стола повелительным жестом, произнес требовательно, обращаясь неизвестно к кому. — Наливай!

И тут я совершил вторую за этот вечер глупость. Заметив, что Лора закончила разговаривать по телефону, я обратился к ней с вопросом.

— Это что за клоуны? — спрашиваю, не понижая голоса, надеясь, что незваные гости заняты своим общением и не услышат мой вопрос.

Но я ошибся. Все пятеро тут же повернули головы в мою сторону.

— Не по-онял?! — первым произнес качок. Надо же, как быстро работает его мозг в определенных случаях.

— Я извиняюсь, дядя, — подошел ко мне второй из вновь прибывших, так и не успевший присесть горбоносый очкарик, похожий на Дрона из отечественного мультфильма. (Да что ж у меня сегодня все с мультяшными героями ассоциируются?) — Как я понял, это вы о нас отозвались столь пренебрежительно?

— А?! — поддержал вопрос товарища блондинчик.

— Э-э… — в унисон многозначительно выдали близнецы-братья.

Пять пар пьяных глаз смотрели на меня в предвкушении развлечения, которое хоть как-то скрасит эту эту скучную вечеринку.

Не зная, как им ответить, решаю просто проигнорировать и вновь обращаюсь к Лоре.

— Так кто эти… кхм… люди?

Та, видя назревающий конфликт, пытается перевести разговор в другое русло.

— Мальчики, мальчики, а не пора ли наполнить бокалы?

— Мину-уточку, — поднимает раскрытую ладонь в сторону Лоры горбоносый. — Лариса Сергеевна, кажется?

Он поправляет очки указательным пальцем, затем поднимает этот палец вверх и продолжает:

— Мы не для того почтили своим посещением вашу провинциальную дыру, чтобы нас здесь безнаказанно оскорбляли. Это ваше упущение, что вы не удосужились донести до человека, — следует небрежный кивок в мою сторону, — кто мы, и что мы. Посему настоятельно рекомендую вам и вашей очаровательной подруге отправиться погулять, пока мы потолкуем с дядечкой. А через некоторое время мы будем рады разделить с вами наш скромный стол.

И он по-хозяйски указал на накрытую для нас поляну. Затем обратился уже к своим товарищам:

— Я правильно изложил суть нашей коллективной мысли?!

Товарищи энергично закивали, замычали, задакали.

Вот, блин, чахлый очкарик дает! Потолковать он со мной собирается. Его ж, как говорится, соплей перешибить можно, а он прет так, будто представляет себя как минимум танком. Ну да, конечно же, надеется на своих здоровых дружков. Или еще на кого? На крутого папашу? Да кто они такие, в конце-то концов?

— Да кто это такие?! — в третий раз восклицаю я, отправляя в рот очередную мини-булдыжку, что так напоминает лягушачью лапку. Вкусная вещь, однако. Неужели и правда лягушка? Если так, то у французов губа не дура…

— Олежек, — Катерина крепко сжимает мне локоть. — Прекрати…

— Погодите, Олег, — не глядя на меня, отмахивается от моего вопроса Лора. Ее лицо покрывается красными пятнами, в глазах, гневно взирающих на наглого очкарика, холодная решимость.

— Молодой человек, — судя по дрожащему голосу, Лоре с трудом удается говорить спокойно. — Вас в нашу, как вы выразились, дыру никто не приглашал. То, что ваш отец занимает какой-то пост в каком-то министерстве, не дает вам здесь никаких привилегий. Возможно, в столице вы и позволяете себе подобные выходки, хотя я в этом очень сомневаюсь, но здесь вам придется вести себя прилично. В противном случае охрана непременно объяснит вам, кто вы есть на самом деле.

Все пятеро, офигев от услышанного, застыли с открытыми ртами. Я тоже перестал жевать и поудобнее устроился на подушках, с интересом наблюдая за Лорой. Катерина, продолжая сжимать мой локоть, тоже с удивлением глядя на подругу. Безучастным оставался лишь горемыка Петрович, прикорнувший у моих ног.

— А сейчас, — меж тем продолжает разгневанная Лора, — вы встанете и удалитесь в поисках более достойного ваших персон места. Благо выбор большой. И я вас очень попрошу сделать это без промедлений!