— Тшшш, — выдохнул Нопилей.

Все его соплеменники были, как правило, либо зелеными, либо коричневыми, за исключением ногтей и глаз. Конечно, различные оттенки существовали, но в основном преобладали эти два цвета, включая и чешуйчатый плавник. А у теладинца на видеоэкране этот плавник сиял самыми яркими красками всего теладинского спектра. Нопилей не знал, что ему думать и чувствовать по этому поводу, — такого смятения он еще ни разу в жизни не испытывал. Но прежде чем Нопилей успел что-то произнести, Елена первой пошла в наступление.

— Hajime mashite Elena Kho desu, — произнесла она приветливо.

Морда чужого теладинца чуть не выпала из проекционной плоскости, когда он придвинулся поближе к камере. Он прошипел несколько предложений и исчез. И почти сразу же на экране появился второй, не менее пестрый теладинец.

— Что он сказал? — требовательно спросила Елена у Нопилея.

Нопилей смотрел на нее широко открытыми глазами.

— Я не совсем уверен, — пробормотал он, запинаясь, — но мне кажется, что это очень старый диалект.

Его потрясло то обстоятельство, что в праязыке его народа существовал диалект. Самые важные слова были известны любому теладинцу сразу же после того, как он вылуплялся из яйца. Естественно, большая часть словарного запаса приходила позже, но способности к языкам и язык как таковой были присущи каждому теладинцу с рождения. Откуда мог взяться диалект? Его просто не могло быть!

Второй ящер тоже начал шипеть и одновременно делать когтями что-то, чего на экране не было видно. На одной из консолей мигнул предупреждающий сигнал, и Елена наклонилась, чтобы прочесть сообщение. На компьютер поступила последовательность координат, казавшаяся, однако, какой-то искаженной. Бортовой мозг баркаса, который обладал гораздо более низким логическим уровнем, чем Марк, компьютер Елены на «ОКО Гетсу Фун», был не в состоянии верно интерпретировать полученные данные. Елена уже хотела указать на это Нопилею, но тут снова произошло нечто странное: большая плоская чешуйка на лбу молодого теладинца слегка вздулась, образовав своеобразную бороздку. Что-то вроде складки на лбу человека. Такого Елена не видела еще ни у одного теладинца. Она озабоченно осведомилась у своего друга, как он себя чувствует.

— Просто замечательно, о звездная воительница, — ответил Нопилей с отсутствующим выражением на морде. — Мне кажется, он сказал: лечь и съесть.

— И что бы это могло означать?

— Не знаю, Елена, — Нопилей колебался, — но я знаю его имя. Его зовут Лиимит Овумелохес Петуленас Девятый. Насколько я сумел понять. Это очень похоже на язык наших только что вылупившихся малышей, только звучит совсем по-другому.

Елена покачала головой:

— А для меня это звучит как совершенно нормальное имя для теладинца.

— В общем-то да, — не мог не согласиться с нею Нопилей, — но ты его видела?

Елена тихо рассмеялась.

— Думаю, мы кажемся ему не менее странными, чем он нам. — Она кивнула второму теладинцу.

Нопилей хотел что-то сказать, но замолчал, так как ящер снова заговорил. Елена слегка вздрогнула, потому что на этот раз пестрый теладинец говорил агрессивно, и его речь напоминала шипение сразу нескольких разозленных гадюк. Это уже было больше похоже на современный теладинский язык!

— Мы должны либо проявить свое восхищение красотой Вселенной, либо улететь обратно, — перевел Нопилей. — Странный акцент, но я его немного понимаю. Просто содержание как-то… — Теладинец возмущенно засопел. — Елена, что все это может означать?

Космолетчица была в таком же недоумении, как и ее молодой друг. Она пожала плечами:

— Чинн, ты что-нибудь понимаешь?

— Следовало бы скрестить теладинских и боронских тварей, — насмешливо сказала супруга Патриарха, впервые заговорившая после последнего взрыва ярости.

Нопилей удивленно взглянул на Чинн, потом снял лапы с рычагов управления и поднял их, повернув наружу ладонями со скрещенными пальцами.

— Они хотят подняться к нам на борт, — заявил он, проигнорировав замечание Чинн. — После этого они решат, выдать ли нам разрешение на посадку.

— А ты им сказал, как тут у нас тесно? — покачала головой Елена.

Нопилей пошевелил своими маленькими ушками:

— Нет.

Больше Елена ничего не спрашивала. Может быть, это означало, что если они не захотят сотрудничать, то их просто не пустят на посадку. А если она выскажет свои сомнения вслух, это может навести Чинн на нехорошие мысли. Поэтому она только и сказала:

— Хорошо. Будет тесновато, но если они пришлют только одного или двух проверяющих, то как-нибудь поместимся.

— Они идут!

От выросшей к этому времени до размеров футбольного мяча планеты отделился силуэт корабля. Космолет был примерно в полтора раза больше обычного истребителя. По форме он напоминал приплюснутую снизу каплю и имел широкие боковые надстройки и несколько антенн, или сенсоров, торчащих, как шипы. В хвостовой части находились два мощных закругленных двигателя, которые нарушали симметрию этой капли. По бокам в несколько рядов были расположены выступающие из обшивки корабля иллюминаторы различной формы. Транспортное средство производило впечатление живого организма, но компьютер баркаса утверждал обратное. А вот расцветка космолета ясно говорила о его искусственном происхождении: основным цветом обшивки был ярко-желтый, извилистые линии чистого голубого, зеленого и красного цветов шли, постепенно сужаясь, от широкой передней части капли к задней, где искусная рука художника сплетала их воедино.