Низким голосом она произнесла:

– Эти шутки крайне неуместны и неумны. Королевство Датское процветает. Подгнило же, как всем известно, здесь, в России. И давно уже подгнило!..

Она сверкнула глазами на мужа. Муж сидел, понуро опустив голову.

– Да, дети, это была неудачная шутка, – через силу выговорил он.

Дети сразу притихли, стали выходить из-за стола. Четырёхлетняя Ксюша вдруг расплакалась, и няня, тотчас подхватив её, унесла из гостиной. Мария Фёдоровна проводила её свирепым взглядом.

– Александр! Таскать на руках четырёхлетнюю девочку…

– Ну… Она же ещё маленькая, – почти робко возразил цесаревич.

– Она уже боль-ша-я! – по слогам выговорила Мария Фёдоровна и вышла из-за стола.

Видимо, день выдался неудачным для шуток. Александр Александрович вздохнул, тяжело развернулся вместе со стулом:

– Николя! Сегодня катание на паруснике отменяется.

Николенька стоял у дверей, обернулся:

– Но, папенька…

– «Но, папенька»! – фыркнул цесаревич. – Я вам не лошадь, и прошу впредь не понукать!

Николенька надул губы и выскочил за дверь.

Когда Александр Александрович вышел из гостиной и направился в личные апартаменты, чтобы вздремнуть после завтрака, к нему подскочил его личный секретарь Балабуха.

– Ваше высочество! Прибыл министр внутренних дел господин Маков.

– И что? – Александр Александрович остановился, глядя на секретаря сверху вниз: разница в росте составляла едва ли не аршин.

– Желают аудиенции… – неуверенно проговорил Балабуха.

– И что?

Балабуха пожал поникшими плечами:

– Я объяснил, что сейчас это никак невозможно. На то есть присутственные часы…

– И что?

Секретарь окончательно смешался. Александр Александрович молча ждал. Наконец в глазах его мелькнул лукавый огонёк. Балабуха только этого и ждал:

– Прибыл давно, с полчаса назад. Прикажете проводить в зимний сад?

Александр Александрович подумал.

– Нет. Передай ему, что сейчас, за ранним временем, принять его не могу. Пусть приедет после ланча, в полдень. Или нет: лучше в час пополудни.

– Но в час пополудни приедет Константин Петрович!

– И что? – снова сказал Александр Александрович, и, насвистывая себе под нос, зашагал в апартаменты.

Балабуха посмотрел ему вослед. Вздохнул и отправился выполнять поручение.

Маков стоял внизу, в вестибюле, отвернувшись к окну. Фуражку он положил на подоконник. Офицер охраны и адъютанты стояли поодаль; перешёптываясь, глядели Макову в спину.

Балабуха подошёл.

– Лев Саввич! Простите, что заставил вас ждать.

– Это ничего, – отмахнулся Маков, оторвавшись от созерцания лужайки, цветника и ворот. – Прекрасная погода! Вы не находите?

– Э-э… Погода? Это – да… – Балабуха слегка смешался, запнулся, но тотчас и выправился: – Его Высочество Александр Александрович просят его извинить и передать, что не может принять вас сейчас за ранним временем. Просил быть в час пополудни.

– Хорошо, – ответил Маков. – Передайте Его Высочеству, что я непременно буду…

Он надел фуражку, натянул перчатки. Как-то странно взглянул на Балабуху:

– А всё же погода прекрасная.

Он повернулся к офицерам и громко сказал:

– Сочувствую вам, господа! Провести такой солнечный день в холодном вестибюле… Весьма сочувствую!

Офицер охраны двинулся было открывать двери, но Маков остановил его:

– Не беспокойтесь, я знаю, где выход.

И твёрдым шагом направился к дверям.

У решётки Аничкова дворца прогуливался какой-то юный гвардейский офицер под ручку с дамой в вуалетке. Маков уже проходил мимо, погружённый в самые мрачные раздумья, когда дама вдруг воскликнула:

– Какой сердитый господин! – и словно случайно толкнула его локотком.

Маков остановился.

– Простите?

И тут же гвардейский офицер прошептал, не меняя милого выражения лица:

– Ваше высокопревосходительство, я и есть тот самый гвардейский офицер, передавший послание террористов.

Маков в изумлении оглянулся по сторонам. Ему показалось, что он ослышался, тем более что дама продолжала глядеть на него с кокетливой улыбкой, а офицер – с соответствующей улыбкой – на даму.

– Что? – спросил Маков.

– Лев Саввич, вы не расслышали? – повторил офицер, чуть повысив голос, но не меняя выражения лица. – Я тот самый гвардейский офицер, который…