— Отлично! Пропустите меня в помещение!

— Да, сэр!

…Торет обвел взглядом, уставившихся на него, спасателей "Немезиды":

— Господа! Я рад сообщить вам, что ваше временное заключение кончилось, и теперь вы свободны. Больше того, кроме обещанного каждому из вас миллиона кредитов, вы получите по 50 тысяч компенсации за перенесенные в карантинной зоне неудобства.

Эти слова премьера были встречены многочисленными возгласами восторга. Каждый из тех, кто еще несколько часов назад проклинал неблагодарное правительство, теперь был готов его боготворить.

— Но есть еще одна просьба правительства Бейда к вам, — продолжил Торет, когда торжествующие выкрики улеглись. — Вам нужно будет посетить Его превосходительство губернатора Свена Ривза, который хочет лично засвидетельствовать свое расположение. Я думаю никто не против этого, господа?

Спасатели не возражали.

— Вот и отлично. Завтра утром вам пришлют костюмы, сшитые по вашим меркам, и на правительственном флаере вы отправитесь в резиденцию Его превосходительства…

После краткого визита к спасателям Торет вызвал Норинга на конфиденциальную беседу:

— Майор! Вы со своими людьми должны выполнить это поручение губернатора. Никто не должен уйти живым и тела должны быть уничтожены и все это засвидетельствовано документально. Вы меня поняли?

— Но, сэр! — на лице майора промелькнуло неудовольствие.

— Вам что-то не нравиться? — Торет придал своему голосу властный оттенок. Обычно это безотказно действовало на подчиненных. — Вы отказываетесь исполнить приказ?

— Но разве эти люди преступники? — вопросом на вопрос ответил майор.

— Норинг, мы с вами знакомы давно и всегда прекрасно понимали друг друга. Разве что-нибудь изменилось с тех пор?

— Я беспощаден к преступникам, сэр! И в этом отношении ничего не изменилось. Но Феликс Адамович не преступник. Я знаю о его службе, и он всегда занимался спасением чужих жизней. Неоднократно его команда вытаскивала из опасных мест и космических десантников. Я понимаю, что карантин был необходим. Это важно. Но убивать героев Бейда преступно. Если сегодня пришла очередь Адамовича, то завтра чья?

Торет внимательно посмотрел на Норинга. Такого отпора он не ожидал, не подозревая в бравом майоре подобной сентиментальности.

— Вы теперь захотите ликвидировать и меня, сэр? — нагло спросил майор. — Я ведь отказался выполнить ваш приказ и являюсь опасным свидетелем. Не так ли?

— Нет, майор, — Торет с трудом овладел собой. — Я думаю, что вы выполните приказ.

— И не надейтесь, сэр, — решительно отрезал Норинг.

— Вы забыли, о планете Раун, Норинг?

Майор побледнел как полотно. Неужели этот сановник Бейда знает о планете Раун? Но как? Ведь никто из очевидцев того страшного дела не выжил!

— И не стройте из себя невинную овечку. Вы убивали и убивали много. И знаете, сколько было среди ваших жертв достойных людей? А знаете, что будет, если я сообщу о Рауне прессе? Вы и ваша семья станете персонами "нон-грата" по всей Галактике! Ваше имя будет предано проклятию!

Норинг хотел вцепиться в горло Торету и убить его тут же, не сходя с места, но сдержался. Это ничего не даст. Он полностью в руках премьера.

— Вы сделаете, то чего я от вас хочу. И если губернатор узнает об этом, то все узнают о Рауне.

— Значит это ваш приказ, а не губернатора?

— Именно так. Эти люди мешают мне. Лично мне. Понимаете?

— Да, сэр!

— Тогда обсудим детали…

Ханнер летел в космический порт в гражданском пассажирском флаере, купив самое дешевое место в хвосте аппарата. Он все еще никак не мог привыкнуть к тому, что у него есть средства. Последние события научили его быть экономным и беречь каждую кредитку.

"Лечу на Мелию вместе с женщиной, которая мне нравится, — думал он, пытаясь отвлечься от раздражающе-монотонного гудения двигателей флаера за переборкой. — Больше того я лечу на Мелию с кучей денег! Похоже, предстоящий отдых будет действительно приятным. Можно было бы даже произнести фразу о том, что мечты сбываются. Но почему же так пакостно на душе? Неужели из-за этих ребят с "Немезиды"? Но ведь я их даже толком не знаю. Хотя слышал об Адамовиче много разных историй. Да и что-то постоянно мучает меня, словно я еще не все вспомнил из своего прошлого. Элиза рассказала мне мою историю не до конца. В жизни Джима Ханнера было что-то еще — до того как он стал капитаном торгового флота. Но вот что?"