— Хачик, перестань вопить и принеси-ка лучше пузырь шампанского подороже. Нам нужно обмыть это чудо сиспильской техники. — Насмешливо одёрнул восторженного дипломированного автомеханика Стос и добавил злорадным голосом — А заодно и дать этому кораблику имя покрасивше, не то он, чего доброго, летать не захочет.

Хачик помчался со всех ног в свой офис и принёс оттуда не только две бутылки шампанского, но ещё и поднос с бокалами и всяческими восточными сладостями. Одну бутылку он с поклоном вручил Лулуаной, а с другой, отдав поднос Косте, замер, словно солдат с карабином у мавзолея Ленина. Лулу, посмотрев на Стоса, робко спросила тоненьким голоском:

— Стасик, а что я теперь должна делать с шампанским?

Главный корабел озорным голосом ответил ей:

— Назвать имя корабля и разбить об него пузырь с шампусиком, моя девочка. Такова древняя флотская традиция.

Лулу снова пискнула:

— А как мне назвать этот орбитальный челнок, Стасик?

Стос почесал затылок и тряхнув своими длинными, уже до плеч, русыми волосами и сказал, глядя на Хачика:

— Ну, я так думаю, Лулу, что Вилли с Костиком уже очень скоро построят себе свои собственные корабли, так что этот я хочу подарить Хачику. Вот пусть он и придумывает имя своему кораблику, на котором сможет долететь даже до Юпитера.

От неожиданности у того чуть бутылка не выскользнул из рук, но он успел её подхватить и быстро выпалил:

— Лулу, скажи, что нарекаешь его Лулу.

Девушке это, несомненно, очень понравилось и она, тотчас, пока Хачик не передумал, запулила в черный, полированный борт кораблика бутылкой и завопила во весь голос:

— Корабль, я нарекаю тебя Лулу!

Похоже, что компьютер корабля, который, собственно говоря с этого момента и получил собственное имя, да, к тому же такое почитаемое на планете Земля, внимательно за всем наблюдал, раз не включил силовой защиты и позволил бутылке разбиться и оросить шампанским свой борт. Более того, Лулу отреагировал на это весёлым перемигиванием цветных огней, которые вспыхнули на нём неизвестно каким образом и Лулуаной отозвалась на это счастливым смехом.

Потрясённый донельзя Хачик тут же хлопнул пробкой в потолок и принялся разливать шампанское по бокалам, хотя и Косте стоящему с подносом, и Вилли, нетерпеливо переминавшемуся с ноги на ногу, куда больше хотелось сейчас не выпить вина, а поскорее забраться внутрь челнока. Однако, видя то, что Лулуаной взяла бокал, они не посмели ослушаться её и тоже потянулись за хрусталём. Выпив вино до дна, они тотчас расколотили бокалы об пол и побежали к кораблику. Лулу при их приближении немедленно открыл люк.

То, что они проделали, приблизившись к носу корабля, тотчас дало понять Хачику, что ему подарили не простой кусок железа, а нечто особенное. Приложив руки к полированной поверхности, оба здоровенных парня представились кораблику честь по чести, назвав его по имени и попросили его подать им трап. Лулу был парень без комплексов и тотчас выпустил из своего открытого люка нечто, похожее на широкую ленту из блестящей серебристой фольги, которая быстро превратилась в широкий трап с рифлёными ступеньками и те, толкая друг друга локтями, бегом бросились наверх.

Хачик, не смотря на всё своё возбуждение, остался истинным джентльменом и пропустил даму вперед. Лулуаной и Стосу, в отличие от их друзей, не пришлось шаркать ножкой перед Лулу, ведь они были давно знакомы и общались друг с другом до этого более двух недель. Им даже не пришлось подниматься по ступеням, так как Лулу поднял их в воздух и увлек в свой пассажирский салон, после чего опустил трап перед своим настоящим хозяином, который добрых четверть часа распинался ему в своих чувствах и лишь после этого, сбросив с ног туфли, быстро поднялся по трапу.

Интерьер кораблика поразил Хачика тремя вещами, исключительной лаконичностью форм, прекрасным обзором во все стороны и тем, что его кресла, похожие по форме на половинку скорлупы яйца, разрезанного наискосок, стоящие по четыре вдоль каждого борта хотя и были толщиной не более двух миллиметров, оказались очень мягкими и уютными. Арнисы были заботливы по отношению к своим пассажирам и умели создавать им комфорт. К тому же Лулу тотчас потребовал от своего хозяина, чтобы он заполнил его продуктами и любимыми напитками людей, так как ему было нечего предложить своим пассажирам и обоим пилотам.

Через большой овальный люк, ведущий в рубку, Хачику было хорошо видно, как Вилли и Костик, выпустив из ладоней свои энергетические манипуляторы, уже знакомились с системами корабля. Они, судя по разговорам и жестикуляции, собирались совершить пробный полет и теперь прикидывали, в какую сторону им прорыть подземный туннель, чтобы выбраться за пределы Москвы и там уже спокойно взлететь в воздух, как только стемнеет. Это, на взгляд хозяина челнока, было совершеннейшим идиотизмом и Хачик громко крикнул, от волнения заговорив с характерным армянскими акцентом: