— Убийство Германа Ли?

— Верно. Хочется ведь хотя бы перед смертью узнать правду, тем более что Человек-Без-Лица меня уже не пугает. И я подумал, что в этом деле не все так просто.

— То есть? — не понял я.

— Мы подозревали «Нэфус Фарма» с их опытами над чужими. Вернее, с самого начала придерживались цепочки Герман — Я — «Нэфус Фарма» — «Проект «Ксено». И упустили из виду один важный момент.

— Какой?

— Видишь того старика? — и Рик указал на пожилого джентльмена, что ел ложечкой какие-то консервы из банки.

— Он-то тут при чем? — спросил я удивленно.

— Это доктор Радован Штилье, — пояснил Ястреб, — то ли друг, то ли приятель Германа Ли. Во всяком случае, пару раз я видел его у Германа дома.

— Доктор, значит, — произнес я, — врач, в смысле?

— Нет, астрофизик с докторской степенью. И институт, в котором он рабо… тал, окружен завесой секретности почище «Нэфус Фарма».

— Вот как, — сказал я и уже хотел направиться к доктору Штилье, как мое внимание привлекли шум и крики на другом конце торгового помещения.

А произошло там следующее. Естественные человеческие потребности, о которых я уже говорил, знаете ли, не ограничиваются одной лишь необходимостью наполнить желудок. И четверка «бандитских рож», что явно не привыкли сдерживать себя, утолив голод, решила и с другими потребностями не тянуть. Проще говоря, недавняя схватка подействовала на бандитов возбуждающе, соответственно, возникла необходимость это возбуждение унять. И четверка ублюдков не могла не заметить, что личный состав отделения представлен не только мужчинами.

Разумеется, вариант с Кристиной Мбанга для бандитов был полностью исключен. Я слышал, как они ее меж собой называли «мегерой». С этим нетрудно согласиться, если вспомнить участие Кристины в минувшем сражении. Поэтому объектом интереса «невеликолепной четверки» стали подружки-студентки.

Бандиты, конечно, не настолько опустились, чтобы устроить оргию прямо в магазине. Честно говоря, до дела у них даже не дошло, однако «знаки внимания» и недвусмысленные намеки, в сочетании с назойливостью и того и другого, выглядели настолько отвратительно, что несчастные девушки уже были на грани истерики. Но «бандитские рожи» это только раззадоривало.

Чего я не могу себе простить, так это привычную реакцию на подобного рода зрелища. Вместо необходимого в таких случаях активного действия, они вызывают у меня ступор и смешанное состояние страха и отвращения. Видимо, то же самое чувствует кролик, увидев хищное животное… Вот Рик Ястреб — другое дело. Не жалуясь на толщину кожи, он сорвался с места, намереваясь вмешаться, но не успел. Его опередил сержант Цзюба, что быстрыми шагами подошел к четверым ублюдкам и, не говоря ни слова, выстрелил в упор в одного из них. В едва успевшую повернуться голову, «украшенную» нагло-похотливой ухмылкой.

Еще одного бандита метким выстрелом уложила Кристина Мбанга — видимо, из соображений женской солидарности. А с двух оставшихся «бандитских рож» ухмылки как ветром сдуло.

— Ну? — медленно и без эмоций произнес сержант Цзюба, держа лазерный пистолет перед собой, — кто не понял? Кого еще воспитывать надо?

— Да па-шел ты! — бросил ему в лицо один из оставшихся бандитов. Вопреки сказанному, он предпочел «пойти» сам, а по дороге толкнуть сержанта боком — разумеется, умышленно. Я ожидал, что наглеца настигнет выстрел в спину, однако Цзюба лишь проводил его взглядом. А бандит мирно и без эксцессов покинул магазин. И ряды ополчения — тоже.

— Ладно, понял, — буркнул его «коллега», оказавшийся поблагоразумнее, — ты, главное, не шуми. Лады?

— Смирно! — рявкнул на него Цзюба, — как к старшему по званию обращаешься, мразь? Да чтоб тебя чужие на консервы пустили! Я тебя еще раз спрашиваю — понял?

— Так точно! — голос бандита слегка дрогнул, но сержанту Цзюбе такого ответа оказалось достаточно. Он повернулся к остаткам отделения и спросил — громко, во весь голос:

— А вы-то, все, поняли?

Наш ответ не заставил себя ждать. Он был правильным (с точки зрения сержанта) вот только прозвучал несколько жалковато.

Расправа над бандитской четверкой может и улучшила в отделении моральный климат, но исключительно в ущерб боеспособности. Ведь, как ни крути, с оружием эти ублюдки обращаться умели, убивать им было не в новинку, и в первом бою они показали себя с лучшей стороны. Если, конечно, к таким людям применимо слово «лучший». Так что факт оставался фактом — отделение потеряло трех относительно опытных бойцов.