Впрочем, существовала одна реальная опасность, которая могла теоретически угрожать ифритам. Это чёрные дыры. Но, плавающие в космосе огненные острова никогда не приближались к центрам галактик, а заправлялись энергией лишь на периферии звёздных скоплений.

— Что будет, если всё же так получится? — допытывалась Маргиана.

— Не знаю. — неохотно отвечал Ровоам. — Черная дыра отнимает энергию, а что бывает за предельной гранью, не сообщал никто — из чёрной дыры не возвращаются.

Огненные острова плыли в межгалактическом пространстве, вдали от всех звёздных дорог, избегая случайного взгляда любого иного живого существа. Огненные ифриты не желали, чтобы о них знали обитатели планет. Никому во всех галактиках было неведомо, что существуют среди бесчисленного множества проявлений жизни такие невообразимые существа. Только учёные-астрономы самых разных цивилизаций иной раз удивлялись непредсказуемому поведению солнечной атмосферы, да странным возмущениям далёких звёзд.

Для огненных ифритов путешествие между галактиками было подобно плаванию между земными материками, так велика и так неощутима была их скорость. Величественная, исторгающая вихри света, огненная армада островов плыла, неся множество великолепных дворцов, состоящих целиком из драгоценных камней. Сады, что окружали эти невесомые постройки, тоже состояли из различных минералов — в необыкновенной атмосфере островов те переливались и мерцали, словно неистовое северное сияние. Обоняние ифритов было под стать их особенной жизни — для них цвет пламени был запахом, искрение минералов — букетом ароматов, блеск далёких звёзд — дыханием галактик.

Ифриты видели, как люди видят дорогу, луг, реку, линии разнообразных полей — по ним считывая направление полёта. Они перебирали векторы напряжённости, как моряки перебирают снасти на паруснике, как музыканты играют струнами музыкальных инструментов.

Для передвижения с островов на острова и в любых иных целях ифриты использовали круглые сферы, похожие на мыльные пузыри — это были особенно странные средства перемещения — раздутое в ограниченный трёхмерный континуум нуль-пространство силовой линии гравитационного поля. Нуль-пространство — это точка, то есть пространство с нулевым измерением. В любом месте силовой линии ифриты могли возбудить такую точку и гнать её по вектору с какой угодно скоростью, перебрасывая возбуждение с линии на линию, как опытные плотогоны правят свои суда по неспокойной реке, внимательно наблюдая за перекатами и течением речных потоков.

Сейчас архипелаг огненных островов плыл к Магеллановым Облакам. Исключительным занятием ифритов было восторженное созерцание звёздного разнообразия — все светила обладали особенными характеристиками, для каждой звезды своей. Ни одна звезда, как уверяли ифриты, не похожа на другую — как нет двух одинаковых людей на Земле. Бесконечное разнообразие живых светил — звёзды были живыми и разумными существами, а огненные ифриты — их семенами, свободно плавающими во Вселенной!

— Почему я должен ждать, пока он нападёт на нас? — нетерпеливо спрашивал Айрон.

— Ты никому и ничего не должен. — с убеждённостью царской особы отвечал Ровоам. — Кто может тебя заставить?

Айрон оторвался от созерцания панорамы дальних звёздных скоплений и повернулся к сыну, лицо его смягчилось в улыбке, аура заколосилось тёплым жёлтым светом.

— Конечно, нет. — ласково сказал он царю ифритов. — Никто не может меня ни к чему принудить, я свободен в выборе. Но я имею в виду другое: как Рушер может знать, где нас искать? Почему бы и нам не сделать то же?

— Как? — кратко спросила Маргарет.

— А как он узнал бы? — рассуждал её муж. — Может, для этого требуется только желание знать? Но мне этого мало — я хочу получить всю информацию о его вооружении.

Маргарет изумилась про себя: в самом деле, почему ей ранее не пришла в голову такая идея? Ведь для обладателя Живых Сил нет никакого препятствия. Наверняка Рушер давно всё знает об их возможностях — уж он-то догадался! Маргарет вскочила со своего места и подошла к мужу.

— Сделай это, Айрон! — пылко воскликнула она, ощущая как при одной мысли о действии закипела плазма в её теле. Да, ожидание слишком долго охлаждало их тела!

Он гордо улыбнулся, довольный впечатлением, которое произвёл на неё, затем почему-то эффектно поднял руки и приказал:

— Хочу видеть, что делает Рушер.

Над алмазным полом сильно заколебался раскалённый газ, пошли горизонтальные, потом вертикальные волны, они интерферировались и тут же разгладились — образовалось нечто вроде зеркального экрана. Мгновение он оставался пустым, затем проявилось изображение.

Посреди обширного зала находился их враг. Рушер был в одиночестве, сидя в большом кресле и внимательно что-то разглядывая на панели, схожей с панелью управления. Зал походил на какое-то авангардное строение, и было трудно понять, находится ли это где-то на планете, или является отсеком корабля. Во всяком случае, дизайн не был оригинальным — ему было далеко до той обстановки, которую придумал себе Рушер в своём дворце на Рорсеваане в те дни, когда был тираном Рушары.

— Как всё просто… — зачарованно прошептала Маргарет, наблюдая эту картину. — Мы можем быть в курсе всего, что он делает в любой момент.

— Это ваш враг? — презрительно спросил Ровоам. — Он выглядит совсем слабым. Мы видели такие существа, когда проплывали мимо звёзд с планетами. Они очень уязвимы, их цивилизации недолговечны и целиком зависят от стабильности их светила. Я показал бы тебе, отец, миллионы планет, погибших в пламени своих солнц.

— Не обольщайся, сын. — напряжённо ответил Айрон. — Рушер очень хитёр. Он только тогда идёт в наступление, когда уверен в своих возможностях.