Затем вдруг ее затуманенное сознание отметило еще одну опасную вещь.

Колено Джека легло ей между ног, бедрами она почувствовала что-то твердое. Это мог быть только…

– Джек! – вскрикнула она.

Но возглас, который должен был прозвучать как протест, получился скорее похожим на стон удовольствия.

– Джек… – попыталась она снова, дотронувшись до его щеки.

Он взглянул на нее глазами, пылающими от страсти. Его волосы разметались. Если бы он не был так потрясающе красив, подумала она…

– Что такое, Титания? – спросил он хриплым страстным голосом, от которого у нее чаще забилось сердце.

– Ведь сейчас еще день, Джек, – сказала она, понимая, как глупо это звучит и видя, что Джек уставился на нее удивленно. Она попыталась объяснить. – Любой, кто здесь пройдет, может нас увидеть. Это же очень стыдно.

Она заметила веселый огонек в его темных глазах. А потом он улыбнулся, блеснув белыми зубами.

– Ах, я понял! Ты, очевидно, никогда не занималась любовью средь бела дня, моя дорогая.

От таких слов ее щеки покрылись густым румянцем.

– Конечно, никогда! – обиженно ответила она. Она посмотрела на него, кое-что соображая. – И это то, чем хочешь со мной заняться? Ты хочешь меня соблазнить, Джек?

Он стал неожиданно серьезным. И не было теперь даже намека на страсть в его глазах. Он внимательно посмотрел на нее.

– Нет. У меня нет такого намерения. По крайней мере, это не главное мое намерение. – Улыбка пряталась в уголке его рта. – Признаюсь, что, увидев тебя, спящую среди фиалок, я просто потерял голову, Титания, – сказал Джек. – Прости, если я напугал тебя, моя дорогая.

– А какое твое главное намерение? – спросила она с прямотой, удивившей ее саму.

Он не отодвинулся, и Джорджина чувствовала его по-прежнему своими бедрами. И его колено давило ей между ног.

Если он не хотел ее соблазнить, то почему же не отпускает? Даже сейчас она сгорала от желания, и все ее тело просило страстно одного и не хотело вырваться из его объятий.

Джек отодвинул золотые локоны с ее лба.

– Я намерен просить тебя о том, чтобы ты стала моей женой, Титания, – сказал он.

Джорджина почувствовала волну счастья и закрыла глаза, просто чтобы спрятать ту необыкновенную чистую радость, которая охватила все ее существо и отчасти чтобы насладиться этим моментом, которого она уже отчаялась дождаться.

Она счастливо улыбнулась и посмотрела на Джека из-под ресниц.

– Почему же вы этого не сделаете, мистер Хемптон? – дразнила она его, наслаждаясь своим счастьем. – Может, кот откусил вам язык?

– Ничего подобного, – парировал он. – Все было наоборот.

И он наклонился к ней и коснулся губами ее губ.

– Будь моей женой, Титания.

– Извините, сэр, – промурлыкала она, – но вы делаете предложение не той женщине. Я не Титания.

Джек поднял голову и рассмеялся нежным смехом.

– Будь моей женой, Джорджина, – сказал он, и такая любовь светилась в его темных глазах, что Джорджина страстно захотела прижать его к себе и поцеловать его губы.

Она все-таки воздержалась и лишь провела одним пальчиком по его губам, удивляясь тому эротическому ощущению, которое этот простой жест возбуждал во всем ее теле.

– Я по-прежнему герцогиня, Джек. Кажется, у тебя были возражения…

– Этот вопрос разрешится сам собой, когда ты станешь миссис Хемптон, – ухмыльнулся он.

Джорджина была рада, что он так легко преодолел это препятствие. Однако были еще и другие. Джорджина хотела все выяснить, прежде чем дать ответ.

– И я также дочь герцога.

– Если я буду видеть твоего почтенного папашу не чаще одного раза в год, то с этим можно смириться, дорогая, – заверил он ее.

– Я очень богатая женщина, ты помнишь? Я нескромно богата, отвратительно богата, если ты хочешь знать. Ты и с этим можешь примириться, Джек Хемптон?

Джек поймал зубами ее палец и пососал, давая ей недвусмысленный намек. Затем он притянул ее к себе и поцеловал так, что она чуть не потеряла сознание.

– Если у нас будет много детей, сколько ожидает от нас мой дед, то нам потребуется каждый пенни. И как сказала моя тетя Дафна, мне, то есть нам, надо будет постараться. Итак, что мы будем делать, Джорджина? Я хочу получить ответ сейчас. Не завтра и не через неделю. – На его лице появилась опасная улыбка, и он добавил: – Я не хочу терять время…