— Я не переношу этого, — объяснил Стен.

Ему не хватало слов, чтобы объяснить свои чувства. Эта песня и парочка других рассказывали о нем, но Стен не гордился многими своими поступками, он считал их необходимыми и правильными. От некоторых из них зависела его жизнь. Иногда было и то, и другое вместе. Почему-то ему казалось, будто песни и сказания делают войны с масридами чем-то ненастоящим, легендой, которая давным-давно покрылась пылью. А эта борьба была настоящей, она была еще более жестокой, чем в любом сказании. Жестокой и отвратительной. «Скольких людей я лишил жизни? — спросил себя Стен. — Скольких мне еще придется убить, пока Влахкис наконец станет свободной? Вам кажется, что знаете меня, но знаете ли вы меня на самом деле?»

Сарган прервал его мрачные мысли.

— Вы очень скромны, — с уважением признал он, но Стен лишь пожал плечами.

— Я мало знаю об этой стране, — продолжил Сарган, — но хочу посвятить ей главу в моих заметках.

— А что такое, собственно, книги? — неожиданно спросил Рох.

— Ты не знаешь, что такое книга? — в ужасе переспросил дириец.

— Нет.

— Книга — это наивысшая ценность, оплот знаний, источник мудрости. В ней умные люди излагают свои знания, и они становятся доступны любому человеку, — с воодушевлением пояснил Сарган.

— Что? Как это, излагают свои знания? — Рох озадаченно почесал голову.

— Очень просто. Они их записывают. На бумаге или на пергаменте, — продолжил Сарган и принялся рыться в сумке. — Подожди, я покажу.

Вскоре он нашел книгу, обернутую в кусок вощеной ткани и таким же образом защищенную небольшую чернильницу и перо. Рыжий осторожно, даже благоговейно развернул свои сокровища. Скорее случайно, чем намеренно, Стен бросил взгляд в сумку дирийца и с удивлением обнаружил, что все предметы, которые там находились, были так или иначе защищены от непогоды и влаги. Однако, прежде чем он успел что-либо сказать по этому поводу, Сарган уселся возле Роха и обмакнул кончик пера в чернила.

— Посмотри, это книга. А теперь я что-нибудь запишу в нее. Что записать? Например, тролли — это крупные человекообразные существа с кожей серого цвета.

— Эй, мы не человекоразные, или как там? — запротестовал Рох.

К Саргану и Роху присоединились другие тролли, которые смотрели с любопытством.

Все, кроме Парда, который все еще лежал в стороне, демонстративно отвернувшись, что Стен для себя отметил.

— Человекообразные, — поправил Сарган тролля. — Это означает лишь «похожие на человека».

Но теперь уже вмешался Пард:

— Мы не похожи на маленьких, слабых, розовых человечков, понятно?

Но Сарган не дал себя запугать и возразил:

— Две руки, две ноги, одна голова. Совсем иначе, чем, например, у собаки или коровы.

— Я могу легко сделать так, что у тебя будет меньше рук и ног, если ты не прекратишь рассказывать чепуху… — угрюмо заявил Пард и встал.

Однако Друан прервал его и попросил Саргана:

— Покажи, как это выглядит.

— Конечно. Итак, сейчас я это запишу, — продолжил рыжий коротышка, но, перехватив убийственный взгляд Парда, поспешил добавить: — Естественно, без слова «человекообразный». Я сейчас пишу: «Тролли — это большие существа с двумя руками, двумя ногами и одной головой, покрытые серой кожей».

Тролли завороженно смотрели маленькому человеку через плечо, наблюдая, как он большими переплетающимися буквами записывает предложение в книгу.

— Теперь каждый, кто умеет читать, поймет, что я написал. Я записал свои знания в этой книге. Даже после моей смерти еще можно будет узнать о троллях, если книга сохранится! — торжествующе заявил Сарган.

— Как это происходит? — озадаченно спросил Друан. — Как ты получаешь слова на бумаге? Ты можешь рисовать звуки?

— Да, могу. Слово разбивают на кусочки, их называют буквами. Каждое слово состоит из букв, их всего две пары дюжин. Если знать их, то можно услышать, из чего состоит слово.

«Это, наверное, в империи, но у нас их более двух пар дюжин», — подумал Стен, но промолчал, увидев, как тролли озадаченно морщат лбы. Им явно и без того тяжело было понять правила письма, поэтому он решил не усложнять все еще больше. Его откровенно забавляло, как тролли передавали друг другу книгу и пытались разгадать смысл знаков.

— Это колдовство! — пораженно воскликнула Анда. — Он — колдун!

— Нет, нет, — успокоил Сарган троллу. — Этому может научиться каждый. Это не колдовство.

— Этому может научиться каждый? — резко переспросил Друан.

— Каждый, — подтвердил дириец.

— И я тоже? Или Пард?

— Я не буду учиться этому дерьму, — послышался голос Парда.

На что Сарган, усмехнувшись, ответил:

— Каждый. Ты, Пард — все, кто хочет. А как же вы сохраняете свои знания, если не записываете?

— У нас кто-то рассказывает остальным все, что знает. У костра или когда мы переходим из одной пещеры в другую. Молодые тролли всегда рядом, им объясняют разные вещи, рассказывают, как охотиться, бороться, какой лишайник хороший, а какой плохой. Как прятаться, когда это необходимо. Все, что нужно знать для выживания.