С первыми лучами солнца ехать стало менее рискованно, но, с другой стороны, теперь было легче выследить их, а большинство масридов были отличными наездниками, и лошади их были быстры и выносливы. Когда оба влахака в очередной раз замедлили своих скакунов, Стен подъехал к Костину и сказал:

— Скачи вперед. Ионна должна узнать о гномах и осадных машинах. Ты легче, чем я, и твой конь продержится дольше.

— А ты? — удивленно спросил маленький влахак.

— Я приеду позже. Я, в крайнем случае, попытаюсь отвлечь их и заверну в лес.

— Но…

— Не беспокойся, я не раз уходил из лап Цорпада. А до Мардева уже рукой подать.

— А ты не наделаешь глупостей, чтобы они следовали только за тобой, или еще что-нибудь еще в этом же духе? — с подозрением поинтересовался Костин.

Стен с улыбкой отмахнулся.

— Только если не будет другого выхода. Я ценю свою голову и не хочу потерять ее. Я уже молчу о других частях тела, которые Цорпад точно отрежет!

Маленький влахак содрогнулся всем телом, но храбро улыбнулся и сказал:

— Удачного пути тебе, Стен.

— И тебе удачного пути, Костин! Вперед, вперед! — подогнал его Стен, и Костин поскакал прочь.

«Он более быстрый всадник, — признал Стен, но потом подумал с коварной улыбкой: — Зато я лучше передвигаюсь по лесу!»

Преследователей еще не было слышно, поэтому он решил пощадить своего коня и позволил ему бежать медленнее. Стен знал окрестности Дабрана и тайные тропинки Мардева как свои пять пальцев. Тропинка, которой он и Костин еще будут держаться некоторое время, ведет прямо к нагорью. Но есть и другие пути, которые ведут по менее обжитым местам, и Стен планировал свернуть туда. В чаще ему будет легче обвести масридов вокруг пальца, при небольшом везении он сможет отвлечь их от Костина.

Когда солнце уже достигло зенита, по левую руку он заметил прогалину, которую, собственно, и искал. Отсюда старая тропа лесорубов вела в глубину леса. Стен спешился и повел коня под уздцы, стараясь задевать при этом как можно больше веток, чтобы псы могли взять его след. Вскоре он остановился, оторвал кусок ткани от своей накидки и нацепил на колючий кустарник. «Надеюсь, они заметят это», — подумал воин и вынул лук из кожаного колчана в седле. Красивый лук, из лучшей части тиса, у влахаков, в отличие от масридов и сцарков, луки были не длинными, но хорошо сгибались. Тетиву он повесил на пояс, чтобы быстро натянуть ее в случае чего, а колчан забросил на плечо. «Уже чертовски давно я не пользовался луком, — неожиданно подумал влахак. — В последнее время только мечом…» Но, тем не менее, он был уверен в своих способностях и улыбнулся, уводя коня все дальше в лес по почти полностью заросшей тропинке.

Незадолго перед заходом солнца Стен услышал стук копыт. Преследователи, несмотря на сложность езды по лесной тропинке, скакали крупной рысью. Он уже сошел с тропы лесорубов на более старую, скрытую тропинку, постоянно следя за тем, чтобы оставлять отчетливые следы. Юный воин вскочил в седло и понесся прочь, удерживая ненатянутый лук в правой руке, а поводья в левой. «Надеюсь, они преследуют только меня, а Костин ушел», — пронеслось у Стена в голове, пока он пригибался, чтобы низкий сук не сбросил его с коня.

Тропа взбиралась вверх, в гору, чтобы затем по склону повернуть на Мардев. Она плутала через густой лес, сучья и неровная почва делали быструю езду опасной. «Они догнали меня быстрее, чем я думал, — констатировал влахак. — Они, без сомнения, беспощадно стегали лошадей». Его конь уже достаточно отдохнул, но все равно в сгущающихся сумерках на опасной тропе Стен не мог гнать его слишком быстро, а шум от преследователей все приближался. Бросив взгляд через плечо, Стен убедился, что он еще был вне зоны видимости, потянул за поводья и остановил коня, быстро соскочил с него и снял мешок. Животное дико фыркало, Стен снял и седло, отбросив его в кусты. Потом потрепал мокрую от пота шею животного и прошептал:

— Спокойно, Данза. Ты нес меня, но теперь мне нужно дальше одному… Беги домой!

С этими словами он ударил вороного, и тот поскакал прочь. Не оборачиваясь, Стен закинул мешок на плечо и зашел в подлесок. Здесь, на небольшой возвышенности, лес был достаточно густым и мешал передвижению коней, пеший человек получал ощутимое преимущество. Теперь юный воин старался поменьше оставлять следов, чтобы его преследователям было труднее отыскать его. «Но благодаря своим псам они все равно будут сидеть у меня на хвосте, — сердито подумал Стен. — Если бы не псы, уйти было бы гораздо проще».

Быстро и тихо Стен пробирался через лес. Он постоянно слышал лай, а значит, ему не удалось сбить преследователей со следа. Потому он бежал и бежал, солнце уже медленно садилось за горы, над Влахкисом наступала ночь. К счастью, было ясно, и луна освещала лес. Два раза Стен падал, зацепившись за корни и камни, но вроде не поранился. Однако лай и крики все приближались, и вот он услышал хруст и треск сучьев. «Проклятье, они слишком быстры, — промелькнула у него мысль. — Эти проклятые собаки!»