Я не хотел, чтобы мои слова звучали как угроза. Но она все равно меня не послушала. Она вышла из дверей, и мы видели, как полицейские фуражки повернулись к ней, чтобы оценить ситуацию. Фуражки кивали – значит, они с ней разговаривали. Потом появились несколько пар глаз, которые посмотрели на меня. Потом фуражки снова повернулись друг к другу – они принимали решение.

Мне было интересно, кто вызвал полицию. Возможно, сотрудник банка, но скорее всего кто-то видел, как еще раньше я шел по улицам Бильбао.

Я размышлял, не взять ли заложника. Я легко мог скрутить одну из сотрудниц, но чем я буду ей угрожать? Одной из ручек на серебристой цепочке? Я устал и так плохо себя чувствовал, что славная теплая камера с синтетическим матрасом на полу все больше меня привлекала.

В дверь позвонили. Заместитель управляющего желала, чтобы ее впустили.

Она вошла в сопровождении двух полицейских. Они держали оружие наготове и явно нервничали. А заместитель управляющего была недовольна, что нарушают ее распорядок дня.

– Сеньор, пожалуйста, пройдемте с нами, – предложил один из полицейских.

– Сейчас, – согласился я. – Но сначала я хочу услышать от сотрудницы банка, с кем она имела дело. Мне нужно, чтобы она опознала по фотографии одного из двух человек.

Она вздохнула и направилась к столу. Полицейские напряглись, потому что она приближалась ко мне и было неизвестно, что произойдет. У одного из полицейских забилась жилка на шее. Не слишком хороший признак.

Заместитель управляющего снова посмотрела на фотографии.

– Это был он. Я в этом уверена. – Она постучала по снимку ногтем.

Все сотрудники банка уставились на фотографию.

Это был Алекс Лоренс.

Именно тогда похмелье всколыхнуло весь мой организм. У меня стала бесконтрольно выделяться слюна. Я открыл рот, и впервые в жизни меня вырвало на ногу полицейского.

Мы сидели в баре, где раньше работала Габриэль. Юная дочка хозяина выразила необъяснимое желание «посидеть с ребенком» и захотела поработать у нас приходящей няней. Мы сразу обсудили условия и пришли к согласию – «Слава богу, спасибо!» – а потом она забрала у нас Эми на целый день, «чтобы посмотреть, получится ли у нее». Мы не возражали. Теперь мне нужно было подумать…

Когда напряжение спало, мы решили, что Страна Басков не такое уж плохое место для жизни, и принялись строить планы на будущее.

Обстановка в баре не слишком изменилась. Старые плакаты с портретами будущих заключенных заменили на новые, но те же баскские подростки сидели в углу, планируя, как повеселиться ночью и как сбросить испанское иго.

Мы пока жили в гостинице недалеко от нашего дома, в котором я начал ремонт; но новое жилье было таким тесным, что мы мало проводили там времени: пили кофе в барах и гуляли с Эми по окрестностям.

– Ладно, – сказал я. – Тебя похитили по дороге к конструкциям Чиллиды, а что произошло потом?

– Алекс взял напрокат фургон. Должно быть, он ждал около нашего дома и ехал за мной около получаса, пока я его не заметила. Он заставил меня остановить машину и стал мне угрожать. Прежде чем что-либо сообразить, я оказалась в этом чертовом фургоне.

– А зачем было звонить в полицию? – спросил я.

– Ну, Алекс надеялся, что полиция задержит тебя надолго и мы успеем покинуть страну. Все дело было в ревности, а его поведение становилось чем дальше, тем более непредсказуемым. Собирался ли он держать меня в заключении до конца моей жизни? Это бессмысленно. Вероятно, он бы меня убил.

– Было бы неразумно оставлять тебя в живых, – согласился я.

– Алекс много месяцев пытался испортить тебе жизнь, настроить против меня и заставить думать, что я сошла с ума, поэтому он посылал тебе письма и все это вытворял. Он вбил себе в голову, что если я не принадлежу ему, то никто не будет мной обладать.

– Ты говорила о телефонном звонке в полицию… – напомнил я.

– Да, он позвонил в полицию, назвался твоим именем и объявил, что взял меня в заложники, а затем передал трубку мне. Я не слышала, о чем он говорил с полицейскими. Он просто велел мне подтвердить свое имя и адрес и что меня похитили. Я не сказала, кто это сделал. Понимаешь, я не знала, что он им наговорил.

– Чем Алекс зарабатывает на жизнь?

– Он из разведки, хотя я и говорила, что он гражданский инженер; но ведь не станешь распространяться направо и налево, что кто-то имеет отношение к секретной службе, тем более никто в это не поверит, хотя на самом деле они нанимают на работу десятки тысяч людей. Но он совсем потерял рассудок и взял большой неоплачиваемый отпуск, поэтому ему действительно нужны были деньги, которые он выманил у тебя в виде займов.

– И как ты выбралась из фургона?