— Не убивай! — испуганно крикнул Файрмен.

Но Рут уже присел, напыжился, распахнул свою гигантскую пасть и разом заглотил несчастного сторожа целиком. Затем он быстро подошел к конуре, взял ее в лапы, словно картонный ящик, выплюнул туда пса, как в плевательницу, и поставил конуру на место, только входом на землю — так, что задняя стенка теперь стала крышей. Свирепый лай Бинго глухо пробивался наружу, будто из бочки.

— Вот так, — сказал Рут, — пусть посидит в заточении, пока мы закончим наши дела.

— Я думал, ты его шлепнешь, — с облегчением произнес Файрмен.

— Зачем? Хороший пес. Что я, сволочь, что ли, или очень голоден? — Рут улыбнулся страшным крокодильим оскалом. — Пошли в дом, — заключил он.

Дверь главного дома Кастора тоже была незаперта. Они облазили все комнаты и даже чердак, но никаких следов пребывания Взломщика не обнаружили. В «почтовом ящике» было пусто, а на экране монитора Касторовского компьютера висела та же назойливая рекламка про замок Полтергейст.

— Взломщик оставляет роспись на том месте, где берет самый большой куш, — заметил тогда Файрмен. — Рут, ты не знаешь, где Кастор хранил свои доллары?

точно не в банке, — ответил Рут.

— Да, — согласился Файрмен, — он любил, чтобы этот чемоданчик был у него всегда под рукой. Не знаю уж, зачем это было ему нужно. Может, хотел быть всегда готовым к рывку на Дикий Запад?..

— Давай еще поищем, — предложил Рут.

— Да вроде уж все… Стой! Рут, у тебя в Бронебашне есть кровать?

— Зачем? — удивился Рут. — Совершенно ненужная вещь.

— Вот и я так считаю, а Кастор, видимо, думал по-другому. — Файрмен остановился перед широкой деревянной кроватью с высокими спинками.

— Файр, тут кровати у многих есть. И у Васьки была. — Рут подошел тоже.

— Васька — другое дело, — пояснил Файрмен. — Он просто не мог представить себе дом без кровати, она ему была нужна для уюта.

— Ну и Кастору тоже, что ж тут такого необычного?

— Про Кастора я так не думаю, — сказал Файрмен и быстро нырнул под кровать. Вот! Прямо на полу светилась бледно-зеленая роспись Взломщика.

— Есть! — крикнул он. И тут же кровать над его головой заскрипела и улетела куда-то в сторону, а вместо нее он увидел заинтересованную голову Рута.

— Точно! — радостно произнесла эта голова.

— Моя гипотеза подтверждается. — Файрмен тоже был доволен. Он вдруг почувствовал азарт, почти такой же, что испытывал в своих путешествиях, скажем, во время охоты на махайродоса или когда входил в египетскую пирамиду, зная, что в ней хранится неразграбленный клад фараона.

— Значит, Взломщик? — уточнил Рут.

— Значит, он, — твердо сказал Файрмен.

— Теперь, Файр, нам надо придумать, как отловить этого гада.

— Костя, что случилось? Неужели ты можешь учиться, только если у тебя над душой стоит мама? Когда она, кстати, приедет?

— Не знаю, наверное, летом.

— Но ты понимаешь, что до лета еще будут экзамены и ты можешь их не сдать?

Костя молчит, мрачно глядя перед собой.

— Галина Николаевна, а вы вызовите у него деда, — советует Мишка Павлычев. — Он с дедом живет.

— Да. У него дед адмирал, в форме ходит, — подхватывает Федя Ласточкин. — Он его заставит палубу драить.

— Не адмирал, а кавторанг, — поправляет Мотя Горенко, лучше других разбирающийся в военных знаках различия.

Костя молчит. В прежние времена он бы огрызался, а Машка нападала бы больше всех. Теперь все по-другому. И она молчит, и он.

— Сегодня я тебе ставлю двойку, Костров. Это уже вторая. Не знаю, что ты будешь делать, — подводит итог Галина Николаевна, и тут же звенит звонок.

Урок химии окончился. Сложив в сумку учебник и тетради, Костя поскорее покинул класс. На улице сегодня особенно грязно, даже в «квадрат» играть не хочется. А до конца уроков еще далеко… «Опять, что ли, удрать в лес? — подумал Костя. — Да ну, что там делать в такую погоду».

Больше всего он не любит перемены, во время которых делать вообще нечего. Вот и сейчас так.

— Пошли в «квадрат», — хлопнул его по плечу пробегающий мимо Мотя.

— На фиг, — отозвался Костя уже ему в спину. А за Мотей высыпали во двор оба восьмых класса в полном составе. Даже девчонки. По весне никому не сидится в лицее. И квадрат сейчас кстати, в него ведь можно играть только на улице.

Игры эти — вроде заразы. Например, принесет кто-нибудь трубку, оплюет из нее половину беззащитного класса — на следующий день это пневматическое оружие лежит в кармане у всех мужиков и к доске просто страшно выйти. Заплюют.