Подобные соображения норлока просто бесили. До крайности. Корин однозначно не собирался ставить точку в отношениях, которые только начались. Может быть, Ристи и не испытывает к Корину столь же сильных чувств, как он к ней, но со временем это может измениться. Если, конечно, Таштен даст им это самое время. Тьфу! И откуда только этот поганый Властитель взялся на их бедные головы? Корин мрачно огляделся по сторонам и… поймал множество сочувственных и не менее обеспокоенных взглядов. И Дубняк, и Август с Петронием, и даже монстры с призраками, видимо, тоже не испытывали восторга от того, что в их замок прибыл Властитель. Похоже, им вовсе не хотелось терять Источник. И менять свою жизнь. Однако больше всех вместе взятых нервничал, пожалуй, Мигель. Бойкий пацаненок, уже освоившийся на землях Тьмы, никак не хотел терять покровительницу.

— И о чем Властитель так долго беседует с Ристи? — беспокоился Мигель.

— Видимо, уговаривает ее сдаться по-хорошему, — язвительно предположил Корин.

— А если Ристи откажет Таштену, а тот ее похитит? Что мы тогда будем делать? — не успокаивался пацан.

— Что мы будем делать, если Властитель похитит Источник? Лично я Таштену смогу только посочувствовать, — фыркнул Корин. — Потому что рядом с Ристи он долго не протянет. Его удар хватит. В лучшем случае.

Наконец, двери в комнату, где уединились Властитель с Ристи, распахнулись, и Источник вышла к своим подданным.

— Властитель потребовал, чтобы я вернула Светлым артефакты и землю, чтобы я сократила армию монстров и отказалась от намерения посадить на Черный трон Корина, — заявила она. — Таштен угрожает нам своей немилостью. И войной со Светлыми. Однако я отказалась выполнять его требования. Поэтому тем, кто не хочет войны, лучше покинуть мой замок прямо сейчас. Вполне вероятно, что победить Светлых у нас не получится. Поскольку Властитель будет сражаться на их стороне.

Корин окинул взглядом собравшихся, но примкнуть к Светлым никто желания не изъявил. Норлок довольно хмыкнул, и направился к Таштену. Теперь он сам будет разговаривать с Властителем наедине. Только уже со спокойной душой и в полной уверенности, что Ристи останется в замке.

— Я хочу, чтобы ты отказался становиться Темным Владыкой, — заявил Таштен буквально с порога.

— А больше ты ничего не хочешь? — слегка прифигел от такой наглости Корин.

— Хочу вернуть тебя домой, — предложил Властитель. — Ты же понимаешь, шансов выстоять против меня у вас нет.

— Ну, это как посмотреть, — буркнул норлок, тяжко вздохнув. Домой хотелось немилосердно. Там остались родители, младшая сестра, маленький племянник, друзья… но как покинуть Ристи? В одиночку у нее не будет ни единого шанса справиться со Светлыми.

— Я даже могу избавить тебя от титула принца. Корона норлоков выберет другого наследника престола, — вкрадчиво предложил Таштен.

— Нет, — решительно отрубил Корин. — Я не покину Ристи. Если нам суждено потерпеть поражение, значит, так тому и быть. Но мы будем сражаться. До последнего. И добровольно я тебе артефакты не отдам.

— Думаю, ты пожалеешь о своем решении уже завтра, — зловеще предупредил Таштен и… исчез.

Когда я увидела возвращающегося от Властителя Корина, я вздохнула с облегчением. Значит, норлок решил остаться со мной. Честно говоря, я думала, что он не выдержит искушения. Ведь Таштен сто против одного предлагал норлоку вернуться в родной мир. А может, и еще что-нибудь не менее впечатляющее. Впрочем… Корин, так же, как и я, не верил Властителю ни на грош. А потому вряд ли воспринял всерьез его обещания. Господи, какие же мы с норлоком ненормальные! Вот так запросто взять, и нарваться на войну с Властителем! Любопытно, кто-нибудь еще способен на подобное, или мы с Корином в этом плане уникальны? Ведь Таштен, наверняка, использует против нас всю свою мощь и все грязные приемы. И у нас нет практически не единого шанса. Властитель мира является его хозяином. И что мы можем сделать против такой силы? Только сражаться. Без надежды на победу и молитв о снисхождении. Может быть, мы все-таки погорячились?

— Корин, я боюсь, — шепнула я на ухо норлоку.

— Я тоже боюсь, — сознался он. — Но другого выхода у нас нет. Таштен обещал слишком много того, что не смог бы выполнить, даже если бы захотел. А это значит, что он все равно не собирался исполнять собственных обещаний.

— Разумеется не собирался! — фыркнула я. — Знаешь, что мне пообещал Таштен? Забрать мой дар Источника. Можно подумать, Властитель в состоянии отобрать то, чего не давал.

— А меня он поклялся освободить от домогательств короны норлоков, — ехидно поведал мне Корин. — Как будто в его силах приказывать чужому артефакту в постороннем измерении!

— И все-таки, я не хочу войны. Мы к ней не готовы! — воскликнула я. — Светлые слишком сильны.

— Но у них нет монстров, нет нормальных военачальников, а главное, нет артефактов, — утешил меня Корин. — И потом… мы можем предпринять кое-какие меры.

— Да, конечно, я с сегодняшнего дня начну создавать монстров в как можно большем количестве, — оживилась я.

— Вообще-то, я себя имел в виду, — заявил норлок. — Если я коронуюсь, наши шансы возрастут. Артефакты и сейчас дают монстрам дополнительные возможности, подпитывая их силой. А уж если они будут принадлежать законному королю, их мощность возрастет многократно.