Отмечу, что глубокие соболезнования пострадавшим товарищ А. П. Ляшко выразил и выступая перед коллективом шахты, и принимая каждую семью погибшего горняка, и посетив в больнице спасенных шахтеров. Для каждого у него нашлось теплое слово сочувствия и сострадания. Были решены все вопросы пенсионного и материального обеспечения, улучшения жилищно-бытовых условий семей, потерявших своих близких. Ни одна просьба не осталась неудовлетворенной.

Могу утверждать это со всей определенностью, так как мне довелось быть в это время на шахте. Автор же "документальной повести", не побывав здесь ни одной минуты, не зная, чем занималась комиссия, не побеседовав ни с кем из шахтеров, язвительно, спекулируя на людской беде, рассуждает о нравственных принципах и делает скоропалительный вывод о бесчеловечности руководства.

Авария на Чернобыльской атомной станции, связанные с ней трагические и одновременно героические события, ее последствия еще долгое время будут объектом пристального внимания всех людей на Земле. Появится на эту тему и много новых публицистических произведений.

Хотелось бы надеяться, что наши советские писатели сумеют объективно и всесторонне, без ажиотажа отразить в своих работах полную правду о происшедшем. Убежден, что среди всего написанного и опубликованного о Чернобыле допущенные Ю. Щербаком субъективные оценки как были, так и останутся досадным исключением. Член Правительственной комиссии по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, заместитель Председателя Совета Министров УССР Н. Николаев (в августе 1987 г. т. Николаев был освобожден от занимаемой должности в связи с уходом на пенсию).

Я не буду ни комментировать, ни опровергать этот выразительный документ: он говорит сам за себя. Принимаю его как еще один голос Чернобыля, голос, достаточно характерный для определенной категории людей. Замечу только, что т. Николаеву следовало бы весь свой пафос и все свое знание вырванных из контекста цитат В. И. Ленина обратить на тех, кто своими действиями нанес прямой вред престижу нашей страны: речь идет о дезинформаторах станционного, городского, областного, республиканского и повыше уровней, которые, забыв, что живут все-таки в XX веке - веке научно-технической революции, - думали, что чернобыльский джинн, выпущенный из аэсовской бутылки, не пойдет бродить по миру, останется нераспознанным.

Какая безграмотность и тупая наивность!

Далеко от Чернобыля

…Когда утром 28 апреля 1986 года сотрудник шведской атомной электростанции Форсмарк, расположенной в 100 км к северу от Стокгольма, прибыл на АЭС, прибор, определяющий уровень радиации, дал сигнал тревоги. "Светили" пластиковые бахилы, надетые на туфли сотрудника. По сигналу тревоги были немедленно эвакуированы все 600 сотрудников станции. Но тревога оказалась ложной - никаких аварий на станции не было обнаружено, а по всей территории Швеции зарегистрировано повышение уровня в 100 раз выше нормы.

Через несколько часов шведские ученые, проведя экспресс-анализ радиоактивного облака, пришли к выводу, что смесь радионуклидов характерна для аварии на атомном реакторе. Ветры дули со стороны Советского Союза, и первоначально шведы заподозрили, что инцидент произошел в Прибалтике.

Из сообщений прессы:

Вашингтон, 3 мая (ТАСС). "Вашингтон пост" поместила статью Дэвида Хофмана, в которой, в частности, говорится:

По словам высокопоставленных должностных лиц из Белого дома, президент Рейган и его главные советники все больше раздражаются по поводу медлительности Советского Союза в том, что касается сообщения всему миру подробностей об аварии на атомной электростанции в Чернобыле.

Свидетельством этого раздражения стало заявление на пресс-конференции государственного секретаря Джорджа Шульца о том, что Соединенным Штатам уже "известно гораздо больше, чем то, что русские говорят нам и, если на то пошло, собственному народу".

По словам должностных лиц из Белого дома, президент и другие главные советники в частном порядке все больше критикуют то, как Москва ведет себя в данном случае.

"Сначала мы были настроены благожелательно, - сказал высокопоставленный сотрудник Белого дома, принимавший участие в дискуссиях.

– Мы не видели смысла в том, чтобы на них нападать… но, когда русские отказались сообщить дополнительные подробности, отношение к ним быстро изменилось"

"Европейцы возмущены, и мы тоже…" - сказал упомянутый чиновник.

По словам одного должностного лица, в промежутках между встречами с министрами иностранных дел стран Юго-Восточной Азии и президентом Индонезии Сухарто Рейган задает своим помощникам вопрос, почему русские "не сказали нам раньше и не сказали нам больше".

Рейган и Шульц начали открыто критиковать русских за то, что они объявили об аварии с опозданием на три дня и не сообщили миру дополнительной информации после выброса радиоактивных веществ в атмосферу.

"Что ж, в таких случаях они обычно держат язык за зубами, и это не исключение", сказал Рейган местным корреспондентам перед началом встречи с Сухарто.

По словам официального представителя Белого дома Лэрри Спикса, советские власти "скрывают информацию об аварии". Он и Шульц неоднократно обвиняли русских в уклонении от своей обязанности сообщать соседним странам об опасностях, связанных с выбросом радиоактивных веществ в атмосферу.

"Мы усиливаем нажим", - сказал один сотрудник Белого дома.