В серебристых глазах Ледяного Джека вдруг вспыхнул жуткий неестественный свет, и главный волшебник внезапно перестал даже отдаленно походить на человека.

— Наши враги повсюду, а нас очень мало — вероятно, во всем мире осталась только пара дюжин из-за разрастания Пятен на Солнце, вызвавшего Великую Засуху. И среди нас НС г чистокровного волшебника. Немногим известно, кто мы такие. Приходится изучать наши магические силы в течение жизни, а враги постоянно нападают на нас из засады. Сложно нарисовать полную картину из-за потерь, которые мы несем.

Все могло бы сложиться по-другому, если бы выжило больше старых волшебников, но наши хранители мудрости — сеншеи — также подверглись уничтожению. Конечно, кое-что из легенд живет в человеческих сказках, но в конечном счете каждому из нас приходится совершать духовное паломничество в свою историю через кровь наших предков. Мы должны сами узнать, кем являемся, и кто наши друзья и враги. Общей Картины нет, есть лишь отдельные фрагменты, и каждый из пи заключает в себе только маленькую часть памяти предков. Но каждая отдельная часть памяти должна быть сохранена до тех пор, пока мы не отыщем одного из синшеев.

— Гоблины — это враги? — догадался Ник. — Они преследуют волшебников?

— Да, но все гораздо сложнее. Не все гоблины — враги. Многие люди нас также ненавидят. Древние суеверия, касающиеся волшебников, живы в памяти людей. Существуют целые организации и религиозные общины, стремящиеся уничтожить нас. Наша лучшая защита — неверие большинства людей в реальность волшебников. К несчастью, гоблины верят в это, и нам просто повезло, что у них полно других забот, им надо решать проблемы, связанные с людьми и Квазимом, значит, у нас есть драгоценное время для подготовки. По когда-нибудь они снова обратят на нас внимание, поэтому нужно быть начеку.

— Но как можно причинить вред волшебникам? Вы ведь могущественные, насколько я слышал, являетесь долгожителями. Черт возьми, у вас даже есть дракон! Вы легко можете дать отпор кому угодно.

— Дать отпор кому? — Ледяной Джек покачал головой. — Ты не совсем понимаешь, в чем состоит наша задача, не так ли? Большинство жителей Кадалаха все-таки немного люди. В некоторых из нас течет кровь гоблинов или даже троллей, что является для нас сдерживающим фактором. Возможно ли воевать со своими родственниками? Ник, мы сильны и живем долго, но нас слишком мало, а ненависть и вероломство лутин и многих людей безмерны. Нам пришлось бы убить их всех, чтобы оказаться в полной безопасности. Всех — гоблинов, мужчин, женщин и детей. Ты смог бы согласиться с тем, что мы должны пойти на геноцид по отношению к двум расам? Может ли планета вынести столько смертей и не умереть сама? И как я буду жить, если общая карма убьет всех, похожих на Бисше или Ниссу?

У Ника пробежал мороз по коже.

— Но мы не можем так поступить! — воскликнул он, не заметив, что употребил слово «мы».

Однако это не ускользнуло от Ледяного Джека, и он мрачно усмехнулся.

— Мы занимаемся только тем, чем занимались всегда, — сказал Ледяной Джек. — Ходим по туго натянутому канату. Сохраняем равновесие сил. Удерживаем людей и гоблинов от войны друг с другом и не позволяем ни тем, ни другим стать слишком могущественными. Мы пытаемся восстановить нашу силу и численность, помня о том, что любая неудача или препятствие могут стать роковыми для нас. Последствия будут гибельными для всех жителей планеты.

Ник устало кивнул. Он вдруг почувствовал себя совершенно изнеможенным.

— Хорошо, я могу это принять. И хотя мне это не нравится, я все понимаю. Спасение жизни — моя профессия. Но что имел в виду Томас, когда говорил, что любовь к Зи и опасна, и неопасна одновременно? Магию? Или гоблинов? Почему жить с Зи здесь — это совсем не то, что быть с ней вместе за пределами Кадалаха?

Ледяной Джек долго смотрел на Ника, явно обдумывая ответ.

— Не похоже, что скрытный Томас завел разговор на эту тему.

— Но он все же заговорил об этом, неважно, по какой причине. Итак, что означают его слова? Он решил меня предостеречь, потому что Зи отчасти гоблин?

Ледяной Джек несколько раз кивнул, думая над ответом.

— Ник, можно мне узнать, как ты пришел к решению помочь Зи? Ведь оно для тебя не являлось обыденным. Для этого потребовалось поверить в довольно неправдоподобные вещи, бросить свою семью в столь важный для тебя праздник и поехать в пустыню с тремя незнакомцами. — Ледяной Джек внимательно изучал Ника. И, не дождавшись ответа, продолжил: — Ты сначала проанализировал ситуацию, а потом принял решение? Учел все нюансы и, рассуждая логически, пришел к выводу, что ты должен помочь Зи?

— Нет, — признал Ник. — Я просто… просто решил. Я знаю, что кажется, будто я действовал импульсивно… Это действительно так. Моя сестра предположила именно это, после того как я предупредил ее по телефону, что вообще не приеду домой. Но я чувствовал, что поступаю правильно. Хотя история Зи и детей казалась странной, для меня было чем-то невероятным оставить их в настолько затруднительном положении. Я обязан был им помочь. — Ник помолчал. — А вы, похоже, ничуть не удивлены.

— Я не удивлен из-за того, что предполагал именно такой ответ. Это действие магии в тебе и в ней. Одно волшебство позвало, а другое откликнулось. Кстати, так происходит очень часто у нас, волшебников. Именно магия свела меня с Ио. И Томаса с Кирой. И Абриала с Ниссой. Хочешь, верь, хочешь, нет, но мы с Ио даже были в разных командах, когда встретились, а когда выполняли ту миссию, между нами возникла тесная связь.