Дай руку.
– я протянул всю в крови, ту в которой держал обрубленные куски паль-цев. Она поморщилась, словно проглотила фунт хинина.

Ох, горюшко. Не эту.
– Я спохватившись, оторвал от насквозь пропитанной кровью одежды изуродованную ладонь и протянул ей.

Больно?
– Вдруг смягчившись, спросила она меня. А мне действительно было боль-но. Очень. Но как упустить такой шанс?
– Не бери в голову.
– Прошипел я сквозь сжатые судорогой зубы.

Я вижу - Деловито качнула головой Аната, осматривая культи. Подцепила подол своей одежды крепкими пальцами и с хрустом отодрала длинную полосу ткани. Я закрыл глаза. Слишком высоко открылись ее стройные ноги. Кошмар! Я изрублен на куски. Я кор-чусь от боли. Я потерял Ключ. Я выпустил в Мир монстра в обличье агнца. Мне еще идти через Перевоплощения. Но мужская суть оказалась непобедимой. Нежность, чувствен-ность, желание смешалось в теплое почему то стыдное чувство.

Ты чего щуришься?
– Грубовато спросила Аната.
– Голых баб не видал?
– Вот это да! Теперь глаза открылись от щек до бровей.

О!
– Удивилась девочка.
– Очнулся.
– Я залился краской снова. Смущение - пред-дверие чувств настоящих. Не та боль, надрыв, страх и ненависть как к Ру, а именно это, что то теплое, ужасно доброе, словно шел сто верст пустыней и наконец добрался до род-ника с хрустально чистой водой. И припал и пью.

Аната подобрала кинжал Алексиса, поскольку ничего более похожего на лубок в комнате не нашлось. Обвила остатки моих пальцев вокруг рукояти. Старательно приложи-ла обрубки и крепко замотала пораненную ладонь тканью.

У собачки боли у кошки боли у… - Она споткнулась. Зыркнула на меня взглядом, но все таки снова опустила голову и закончила.
– А у Мастера все заживи.
– Ее голос снизил-ся до едва различимого шепота. Она что то продолжала говорить, едва касаясь бинтов тонкими пальцами. А я смотрел на ее затылок в буйных кудрях смоляных волос и боролся с желанием поцеловать ее в макушку.

Вот!
– Наконец объявила она и гордо продемонстрировала мне содеянное. Рука по-ходила на красную варежку Деда Мороза, который вдруг решил добывать подарки обирая прохожих на улицах, поскольку из нее хищно торчал римский кинжал.

И?
– вопросительно глянул я в ее улыбающееся лицо.

Что “и”?
– Нахмурилась девочка.

Когда заживет?

Так уже.

Что? “Уже”

Зажило, блин!
– Зубы клацнули от удивления. Я поднес “варежку” к глазам. Осто-рожно. Очень осторожно сжал рукоять. Боль осталась но не дерганая когда от ладони в плечо с ударами сердца рвется огонь, а тупая колкая, словно просто отлежал руку. Я опус-тил ладонь вниз. Это хороший тест. Прилив крови к ране всегда усиливает боль. Тест оказался отрицательным.

Можно размотать?

О-о-ох… - Устало выдохнула девочка.
– Какой же ты… - Отвернулась и снова подо-шла к зеркалу. Вновь принялась увлеченно корчить рожи и показывать фиги отражению.

Я осторожно потянул узел на повязке зубами. Кровь запеклась в почти черную ко-росту и не давала освободить руку. Я разозлился и рванул сильнее. С треском полоса ткани отошла. Я свободной рукой моток за мотком освобождал рану. Рука, сжимающая кинжал, покрытая желтой сморщившейся кожей в ссохшихся пятнах крови, походила на пятерню тысячелетней мумии. Но тем не менее, пальцы были на месте. Она бы выглядела точно также, если бы ее лечили хирурги и она пролежала бы в лубках после операции пару месяцев.

Как ты сумела?
– От удивления я был готов грохнуться в обморок.

Не нравится?
– Отозвалась Аната. Повернула ко мне лицо, хитро прищурилась и склонила голову на бок. Я выдрал кинжал из онемевших пальцев и попытался ими поше-велить. Получилось, хотя, полная свобода движений еще не вернулась, да и такого чуда было вполне достаточно.

Но, даже здесь это невозможно!
– Настаивал я. Аната подошла ко мне вплотную по-смотрела с сочувствием снизу вверх. Протянула руку и легко коснулась моей щеки.

Бедненький… Реально то во что веришь. Я умею верить.
– Сказала, словно объясни-ла тупому ребенку, что дважды два как ни крути а все таки четыре.

Я знаю - Эхом отозвался я. Странное подозрение закралось в душу. Электронный мир поддается влиянию, но его законы незыблемы также как и законы физические мира реального. Нельзя выйти за их ограничения, но можно воздействовать на первооснову. Например локально ускорить в этой комнате течение времени и тогда процессы регенера-ции смогут стать практически мгновенными. Но для этого нужно… Для этого нужна Сила, Дар и покруче того которым обладают Оборотни. Гораздо круче. Может быть эта девочка именно то, что идет за мной через все миры? Может быть она именно то кому я бросил вызов? Или наоборот. Что то приобрело ее облик? Я был свидетелем чуда и типично муж-кое мышление требовало немедленных ответов на вопросы.

Ты кто?
– Выпалил я. Девочка плотно сжала губы. Ее лицо из радостного стало же-стким.

Конь в пальто… - В пол голоса, даже не вызывая меня на ответную грубость, скорее по инерции ответила на вопрос.

А за хозяйку не волнуйся.
– Аната подошла к опрокинутому пуфу. Поставила его на ножки и устало присела. Опустила плечи.

То есть?
– Я был готов поверить сейчас во что угодно.

Она не прошла Врата.
– Голова пошла кругом.

Но она же сказала…

Мало ли что она сказала.