«Не очень-то хорошо ты о себе заботилась», – размышляла она, глядя в зеркало на свое измученное лицо. Последние месяцы она много работала, мало спала, мало ела и почти не оставалась одна. У нее не было времени обдумать ситуацию. Прячешься от чего-то, Дайана?

И Дайана-врач пыталась уговорить женщину, которую видела перед собой в зеркале: «Ты должна поберечь себя. Попробуй хоть немного побаловать себя».

Чейз забронировал для нее номер в пятизвездочном отеле. Номер, в котором можно было баловать себя. Такой отель могли позволить себе лишь самые богатые на свете люди.

Но Дайана знала: не в шикарном номере дело. Лежа на шелковых простынях и пуховых подушках, она будет ночи напролет смотреть в потолок. Блестящий ум Дайаны не даст ей успокоиться, и она будет детально перебирать в воспоминаниях всю свою жизнь, копаясь в себе, особенно в том, что известно ей, опытному врачу, лучше всего, – в своем сердце.

Вздохнув, Дайана нетерпеливым жестом отбросила с лица непокорный локон. «Нам многое надо обсудить, – пообещала она своему отражению в зеркале. – Это будут откровенные разговоры».

Надо ведь в конце концов понять, отчего дважды в ее жизни любовь, которая, как она верила, должна была длиться вечно, угасала и умирала.

До начала регистрации рейса в Лондон оставалось еще больше часа. Налив себе чашку чаю, Дайана нашла в уголке зала ожидания для пассажиров первого класса удобное кресло и уселась в него. Со своего места она видела, как взлетают и садятся самолеты, как суетятся пассажиры.

Отпив глоток чаю, Дайана задремала. Когда она работала, сонливость мешала ей, отвлекала, зато теперь она окутала ее теплым, уютным покрывалом.

«Тебе уютно, – проворчала Дайана про себя, – потому что усталостью ты объясняешь свое нежелание думать, нежелание мыслями возвращаться в прошлое.

Я начну завтра. Завтра, выспавшись хорошенько в «Дорчестере», попытаюсь наконец поставить себе диагноз, определить, кто же я: на удивление удачливый профессионал или женщина, которой удивительно не везет в любви».

Сейчас в ожидании посадки на самолет она была даже рада своей сонливости. И вдруг сон как рукой сняло: в зал ожидания вошел Джеффри Лоуренс.

Можно было не сомневаться, что он летит в Лондон на мирную конференцию. Разумеется, первым классом и, похоже, ее рейсом.

Уверенная в себе женщина, несомненно, подошла бы сейчас к нему, посмотрела ему в глаза и извинилась за истерику, которую устроила в его кабинете. Да, так поступила бы сильная женщина, такая, какой она была всего три недели назад.

Сейчас же ей просто захотелось избежать встречи с ним. Дайана потянулась за журналом, лежавшим рядом на столике. Взяв журнал в руки, она нахмурилась: с обложки на нее смотрела самоуверенная красавица с огромными сапфировыми глазами, в которых играла улыбка Моны Лизы. Ее черные кудри кокетливо выбивались из-под белой докторской шапочки, нижнюю часть лица прикрывала хирургическая маска. По-видимому, это был ее собственный портрет.

В руках Дайана держала четвертый номер сентябрьского журнала «Тайм». Тогда она так и не прочла несколько строк, помещенных под снимком, не стала читать их и сейчас. Сложив журнал так, чтобы пассажиры случайно не узнали по фотографии оригинал, Дайана быстро пролистала страницы. Она была поражена размером статьи о себе. Там было многое: хроника ее карьеры, ее потрясающего успеха, размышления о научных открытиях – все, чего она достигла к тридцати шести годам. Впрочем, большая часть статьи была, разумеется, посвящена ее искусственному сердцу (собственно, именно из-за него она и согласилась на статью). Со страниц журнала на нее с улыбкой смотрели ее благодарные пациенты.

Быстро проглядев статью, Дайана стала читать международные новости. Журнал был недельной давности, то есть в нем еще не было сообщений об ужасных актах насилия, прокатившихся по всему миру. Иными словами, мировые агентства новостей рассказывали о спокойной неделе. Дайана быстро пробежала глазами эти страницы, чтобы найти что-нибудь о театре, об искусстве, книгах и людях.

И вдруг, почти в конце номера, ей вновь попалась на глаза ее собственная фамилия. На этот раз журнальные строки не были полны восхищения… «Расторгнут брак… Доктор Дайана Шеферд, известный хирург-кардиолог, создатель «сердца Шеферд» (см. обложку), и Чейз Эндрюс, миллионер, строитель… Состояли в браке пять лет, детей не имеют».

Детей не имеют… Дайана несколько минут вглядывалась в эти строчки, а потом тихонько вздохнула и перевернула страницу. Она будет читать светскую хронику, это безопасно. Здесь только короткие заметки о знаменитостях, о всевозможных вечерах, популярных парах – словом, о людях, имена которых Дайане известны, но с кем она не была знакома.

«Сэм Хантер возвращается домой. На прошлой неделе знаменитый поэт-песенник и певец, шестикратный лауреат премии «Грэмми» Сэм Хантер переехал из Лондона, где он прожил пятнадцать лет, в Калифорнию и купил себе особняк на побережье океана. Урожденный далласец, суперзвезда, Хантер только что подписал с «Кэпитол рекордз» контракт на три альбома, и хотя он не говорил о турне по США, его продюсер не исключает такой возможности. Когда его спросили о причинах, по которым Сэм Хантер решил вернуться из добровольного пятнадцатилетнего изгнания, тот коротко ответил: «Настало время». Имя Хантера постоянно занимало верхние строчки хит-парадов. Его последняя песня «Потанцуй со мной» лидировала в хит-парадах целых десять недель, а альбом «Обещания любви» уже выпущен на платиновом диске».