– Тринадцать лет назад отец Чарлза погиб в результате несчастного случая на яхте. Он умер от страшного удара в голову. Это случилось во время шторма. Согласно полицейскому отчету, он ударился головой – о гик или о мачту.

– Ну и что? – Брук слышала нотки вызова в его голосе. Ник собирался сообщить ей что-то такое, из-за чего и группа крови Чарлза Синклера, и физическое описание, и то, что он правша, и отсутствие алиби неожиданно становились не просто случайным совпадением. Но Брук не хотела об этом слышать.

– Меньше чем через час после того, как было обнаружено тело Эллиота, Чарлз появился в их родовом поместье. Его одежда была разорванной в клочья, грязной и мокрой насквозь.

– Ну и что?

– Чарлз находился далеко – в Африке – в течение трех лет. До этого момента никто не знал, что он вернулся.

– Совпадение. Он скучал по своему отцу и брату-близнецу…

– Эллиот отрекся от Чарлза еще за четыре года до случившегося.

– Почему? – Брук знала, что это правда. Это объясняло тот факт, почему Джейсон, а не Чарлз подписывал все контракты от имени «Издательской компании Синклера». – Почему? – тихо повторила она.

– Похоже, никто этого не знает.

– Должно быть, у Чарлза была причина вернуться тогда из Африки.

– Он заявил полиции Саутгемптона, что «у него было чувство», как сильно Джейсон нуждается в нем. – Ник помолчал. – Чарлз выехал домой из Кении за неделю до смерти Эллиота и приехал в Нью-Йорк за день до смерти Эллиота, – скептическим тоном добавил Ник.

Брук отступила от Ника на пару шагов, потом еще дальше – в темный угол комнаты.

– Брук?

– Когда нам с Мелани было по четырнадцать лет, я записалась вместе с членами кружка по естествознанию в поход с ночевкой в Йосемитский национальный парк. – Голос Брук казался далеким, она погрузилась в воспоминания. – Обычно я не участвовала в таких мероприятиях. Из нас двоих именно Мелани была любительницей природы, спортсменкой. Но иногда я притворялась, что я – Мелани.

«Иногда мне так сильно хотелось быть Мелани». Брук вздохнула.

– Во всяком случае, думаю, я представляла себя Мелани, потому что отстала от группы и вскарабкалась на крутую скалу. Я быстро взбиралась наверх, словно горная козочка, со всем так, как это делала бы Мелани. Когда я достигла вершины, где было ровное и безопасное место, я снова превратилась в неуклюжую Брук, зацепилась за торчащий камень и сильно подвернула лодыжку. Я не могла идти. Я забрела слишком далеко, никто не услышал бы мои крики о помощи.

Когда обнаружили, что я пропала, начали искать меня. Мои родители вместе с Мелани приехали на машине из Пасадены. Спустя несколько мгновений после приезда Мелани начала убеждать лесничих, что нужно взобраться на крутую скалу. Естественно, поиски были сосредоточены в противоположном направлении – в густом лесу на ровной местности. Никто не ожидал, что я стану взбираться на скалу. Лесничие не обратили бы внимания на слова любого другого человека, но даже тогда Мелани была красивой, очаровательной и настойчивой.

По-видимому, в конце концов, она стала угрожать, что отправится искать меня одна. Это заставило одного из лесничих пойти вместе с ней. Когда они нашли меня, было уже совершенно темно. Я даже не слышала, как они подошли ко мне. – Голос Брук прерывался от волнения, когда она вспоминала, как они с Мелани «чувствовали друг друга» в тот раз. Это было случайным, счастливым совпадением! Ведь к тому времени Брук уже не была частью Мелани, а Мелани – частью Брук. Между ними не осталось ничего особенного, но все-таки они были близнецами, а эта связь – неразрывна. – Мелани знала, где я. Она знала, что мне нужна ее помощь. Что-то подсказывало ей…

Ник направился в темный угол комнаты и подошел со всем близко к Брук.

– Брук, Чарлз уехал из Африки за семь дней до внезапного шторма близ Лонг-Айленда. Нет никакой вероятности…

Брук резко повернулась и посмотрела на Ника, блестя синими глазами.

– Меня совершенно не волнует, есть ли в этом здравый смысл, Ник. Такое могло произойти!

– Что сказал Ник, Брук? – спросила Мелани сразу же, как только Брук вернулась в палату. – Он ведь в самом деле не думает, что Чарлз…

– Он обязан принимать во внимание любую версию, какой бы дикой она ни казалась, – уклончиво ответила Брук. – Гейлен звонила сегодня, – сказала она, намеренно меняя тему разговора. – Она только что узнала о случившемся. Ей хотелось поговорить с тобой, но она боялась тебя побеспокоить.

Мелани улыбнулась. Робкая, заботливая Гейлен.

– Я сама позвоню ей утром.

Брук и Мелани какое-то время говорили о Гейлен.

– Тебе что-нибудь известно об отце Чарлза и Джейсона? – как бы, между прочим, спросила Брук перед уходом.