Ливви проснулась в жутком похмелье. Она почувствовала это еще до того, как открыла глаза, У нее болела голова, во рту был мерзкий вкус, к горлу подкатывала тошнота. Казалось, малейшее движение вызовет у нее рвоту. Она лежала в темной комнате и надеялась, что ей как-нибудь удастся встать. Но тошнота срывала все ее планы. Вдруг она услышала голоса и подумала: «Боже, сколько же я выпила?» Она попыталась повернуться на бок и уснуть, но, отчетливо услышав слова, резко села. Не обращая внимания на головную боль, она стала прислушиваться. Ей стало ясно, что в квартире кто-то есть, так как голоса доносились из холла.

Кое как встав с кровати, Ливви потянулась за халатом и вдруг обнаружила, что полностью одета. Она застегнула жакет и попыталась разгладить юбку. Ее волосы были взлохмачены, но ей не пришло в голову причесаться. Она выскочила из спальни в гостиную. Ей необходимо было выяснить, что происходит в се квартире. Она резко остановилась у дивана, когда увидела двух мужчин. Один из них был одет в дорогой серый костюм и броский галстук. Другой, с фотоаппаратом в руках, был в джинсах и кожаной куртке.

– Кто…

«Костюм» и Ливви заговорили одновременно. Оба были удивлены и возмущены. Потом также синхронно замолчали и яростно уставились друг на друга. Первой в атаку бросилась Ливви.

– Какого черта вы делаете в моей квартире? – решительно заявила она. – Какой дьявол привел вас сюда?

«Костюм» моментально смутился.

– Ваша квартира?

– Да! Это моя квартира, – закричала Ливви. Мужчина смущенно переминался с ноги на ногу, а фотограф не отрывал глаз от земли. Когда «костюм» немного пришел в себя, он осторожно спросил:

– Это квартира номер пятнадцать?

Ливви прищурилась:

– Да… И что?

Мужчина облегченно вздохнул:

– Извините, но нас не предупредили, что квартиру кто-то снимает.

– Я не съемщик!

– Нет?

Все это уже превращалось в фарс, и Ливви затошнило. Она присела на край дивана и посмотрела на мужчину в костюме.

– Пожалуйста, объясните, что здесь происходит? – спросила она слабым голосом, потирая заломившие виски.

Тот шагнул вперед и снова посмотрел бумаги. – Вчера утром мы встретились с миссис Эдит Дэвис, и она просила оценить ее собственность.

– Эдди? – переспросила Ливви и кивнула: – Да, это моя бабушка.

– Да? – «Костюм» закрыл свою громадную папку и прокашлялся. – Тогда все в порядке. Миссис Дэвис просила сегодня утром оценить эту квартиру. Она хочет выставить ее на продажу как можно быстрее. Ливви вцепилась руками в край дивана:

– Она что? Объясните еще раз!

– Ох, дорогая, – спросил «костюм». – Вы не знали?

– Конечно, не знала! Мне и в голову не могло это прийти! – закричала Ливви. Потом закрыла глаза, стараясь успокоиться. – Так вы говорите, что бабушка собирается продать мою квартиру?

Фотограф смотрел на нее как на идиотку, но «костюм» кивнул с бесстрастным выражением лица.

– Но она не может этого сделать без моего разрешения!

«Костюм» помолчал, оценивая ситуацию.

– Я предлагаю вот что: мы возвращаемся в офис, а вы звоните бабушке и выясняете суть дела. Вот моя визитка. Вы позвоните нам после разговора, и если соглашение остается в силе, мы придем фотографировать квартиру в удобное для вас время.

Ливви кивнула, боясь пошевельнуться. Тошнота так подступила к горлу, что она опасалась, как бы ее не вывернуло прямо на ковер.

– Тогда мы уходим.

– Да, – сказала она слабо. Она слышала, как они пошли к двери, но не могла поднять голову. Они немного задержались в холле, и Ливви заметила вспышку света. Но через несколько минут хлопнула дверь, и ей стало ясно, что они ушли. Уже не в силах сдержать рвоту, она вскочила и, зажав рот рукой, бросилась в ванную.

Через десять минут Ливви умылась, приняла одну таблетку от тошноты и две таблетки транквилизатора. Все это она запила апельсиновым соком. Потом отыскала свою записную книжку, села к телефону и набрала номер Эдди в Сассексе. Чувствовала она себя ужасно, но ей необходимо было поговорить с бабушкой. Она ждала ответа и наконец услышала знакомое фырканье бабушки.

– Привет, бабуля, – ласково проговорила она. – Это Оливия.

Эдди молчала.

– Бабуля? Ты меня слышишь?

– Да? – прорычала ее бабушка.

– О, я… – Ливви успокоила себя тем, что бабушка говорит в обычной манере, вдохнула побольше воздуха и продолжила: – Бабуля, какие-то мужчины пришли сегодня утром осмотреть квартиру. Они сказали мне, что ты собираешься продать ее. Но это ведь не может быть правдой? Это какая-то ошибка! Ты можешь мне все объяснить?

– Это не ошибка, Оливия. И я не собираюсь тебе ничего объяснять, – сказала она холодно и презрительно фыркнула. – Я все сказала мужу твоей матери. Если ты хочешь узнать, то говори с ним. Надеюсь, что он ответит за все!