Алана как будто смутилась.

— О Господи, конечно, я прекрасно понимаю!

Появился официант.

— Вы готовы сделать заказ?

Алана сказала:

— Ты первый, — и погрузилась в чтение меню.

Я заказал паэлью.

— И я хотела паэлью! — возмутилась она. Хорошо, значит, она не вегетарианка.

— Знаешь, тут можно заказывать одно и то же, — улыбнулся я.

— Мне тоже паэлью, — сказала Алана официанту, — но если в рецепт входит мясо или колбаса, нельзя ли их убрать?

— Конечно, — сказал официант, что-то пометив в блокноте.

— Обожаю паэлью, — сказала Алана. — Дома я почти не ем рыбу или морские продукты. Редкое лакомство.

— Продолжим пить сансер? — уточнил я.

— Конечно.

Когда официант уже уходил, я вдруг вспомнил, что у Аланы аллергия на креветки и сказал:

— Секундочку! В паэлье есть креветки?

— Э-э, да, есть.

— Лучше без них, пожалуйста.

Алана широко раскрыла глаза:

— Откуда ты?.. — Она осеклась и подозрительно прищурилась.

Как же я так прокололся? Я с трудом сглотнул, от лица отлила кровь. Наконец я выговорил:

— Ты хочешь сказать, у тебя тоже на них аллергия?

Пауза.

— Да. Извини. Вот смешно!

Небо вроде бы расчистилось. Мы переключились на сушеные гребешки.

— И вообще, — начал я, — что это мы все обо мне? Расскажи об «Авроре».

— Проект считается секретным, — извиняющимся голосом сказала Алана.

Я ухмыльнулся.

— Нет, я не в отместку, честное слово! — запротестовала Алана. — Правда!

— Ладно, — скептически ответил я. — Но ты возбудила мое любопытство. Мне что, самому теперь совать туда свой нос?

— Это не настолько интересно.

— Не верю. Опиши хотя бы в общих чертах.

Алана тяжело вздохнула.

— Ну ладно. Ты когда-нибудь слышал о компании «Халоид»?

— Нет, — протянул я.

— И правильно. Никто не слышал. Это такая маленькая фирмочка, которая занималась фотобумагой и в конце сороковых годов купила права на новую технологию, которую отвергли большие компании — «Ай-би-эм», «Эр-си-эй» и так далее... А технология называлась ксерографией, понятно? Лет через десять-пятнадцать компания «Халоид» стала называться корпорацией «Ксерокс» и из маленького семейного бизнеса превратилась в гиганта. А все потому, что они рискнули и занялись технологией, которой больше никто не заинтересовался.

— Ясно.

— Или как корпорация «Галвил мэньюфэкчуринг» в Чикаго, которая выпускала магнитолы для «Моторолы», а потом занялась полупроводниками и сотовыми телефонами. Или маленькая нефтепоисковая компания «Геофизикал сервис», которая занялась транзисторами и интегральными схемами и превратилась в «Тексас инструментс». Понимаешь? Очень многие компании преуспели, в нужное время купив нужную технологию, и оставили конкурентов далеко позади. Джок Годдард пытается добиться того же с помощью «Авроры». Он надеется, что «Аврора» изменит мир и американский бизнес в частности — как транзисторы, полупроводники или фотокопирование.

— Революционные технологии.

— Вот именно.

— Но «Уолл-стрит джорнал», похоже, уверен, что Джоку ничто не светит.

— Мы с тобой знаем, что это не так. Джок на шаг впереди всех. В истории компании было три или четыре момента, когда все думали, что «Триону» конец, что он на грани банкротства, однако неожиданно компания становилась еще сильнее прежнего.

— Ты думаешь, сейчас один из таких моментов?

— Когда «Аврора» будет готова, Годдард сделает заявление. И тогда мы посмотрим, что скажет «Уолл-стрит джорнал». Все теперешние проблемы не будут иметь значения.

— Поразительно... — Я посмотрел в свой бокал и произнес небрежно-небрежно: — И что это за технология?

Алана улыбнулась.

— Я и так сказала тебе больше, чем следует. — Она кокетливо склонила голову набок. — Ты, случайно, не проверяешь меня на болтливость?

Как только Алана выразила желание поужинать в ресторане в «Харбор-Суитс», я понял, что эту ночь мы проведем вместе. У меня бывали случаи, когда возбуждение возникало оттого, что я не знал: согласится девушка или нет? Сейчас сомнений не было, но эротический заряд оказался еще сильнее. Между нами возникла невидимая черта, отделявшая дружеские отношения от более глубоких. Мы оба знали, что ее пересечем; вопрос только в том, когда и как, кто сделает первый шаг, как все это будет.

После ужина мы вернулись ко мне, немного покачиваясь от выпитого белого вина и джина с тоником. Я обнимал Алану рукой за тонкую талию. Мне хотелось почувствовать мягкую кожу на ее животе, под грудью, между ягодицами и поясницей. Я хотел увидеть ее самые интимные места. Я мечтал о том, как твердый панцирь Аланы, невероятно красивой и утонченной женщины, треснет; как она дрогнет и поддастся; как эти ясные синие глаза затопит наслаждение.

Мы шатко прошлись по комнате, наслаждаясь видами на воду. Я налил два бокала мартини, в которых определенно не было нужды. Алана вздохнула: