– Ну, не всегда, – с добродушной усмешкой успокоил его Эйджер. – Просто в большинстве случаев. Как только вы покажете нам, что способны самостоятельно принимать добрые и мудрые решения, никто больше не станет задавать вам никаких вопросов.

Линан, смирившись с доводами Эйджера, покорно вздохнул.

– Я думаю, что нам следовало бы выбрать наиболее короткий и прямой путь, потому что мне кажется, что Камаль прав – время слишком дорого для нас, к тому же мы не знаем, успела ли Арива перекрыть нам путь. Если она еще не успела этого сделать, то нам следует приложить все усилия к тому, чтобы достичь цели как можно скорее. Ну, а если она уже успела принять возможные меры противодействия, то для нас не будет еще поздно выбрать другой, более длинный путь.

– Ну что ж, это звучит гораздо более понятно, чем до сих пор, – признала Дженроза.

– Да, вполне доходчиво, – с открытой улыбкой согласился Эйджер.

– Блистательный выбор, Ваше Высочество, – облегченно сказал Камаль. – И ведь его не так уж трудно было сделать, верно?

– Весьма признателен вам всем, друзья, – ответил Линан. – Как я понял, наиболее прямой путь мы можем проделать только на лодке?

– Вы правы, Ваше Высочество, – подтвердил Эйджер. – Мы будем придерживаться береговой линии до тех пор, пока не доберемся до устья реки Гельт, а затем будем подниматься вверх по Гельту, пока не окажемся на расстоянии двухдневного или еще более короткого перехода через горы Уферо, за которыми начинаются Зеленые Океаны.

– А как долго нам предстоит плыть на лодке?

– Около десяти дней, в зависимости от ветра.

»Вот так замечательно, – подумал Линан. – Около десяти дней добираться водой. А главное, это было мое собственное решение».

По мере того, как путники в шлюпке двигались дальше, вдали возникли очертания береговой линии. Вблизи Кендры мягкие желтоватые отмели уступали место широко раскинувшимся сельским угодьям, однако когда лодка поравнялась с Хребтом Эбриус – грядой базальтовых скал, отделявших на севере мыс Лиар от Чандры, – местность изменилась. Крутые обрывистые утесы тянулись вдоль берега до тех пор, пока землю не отделили от моря высокие горы, как бы обозначавшие границу между морем и сушей. Под этой поднимавшейся к самому небу черной стеной Линан почувствовал себя крошечной песчинкой, от которой ничто не могло зависеть в этом мире, такой уязвимой и бренной среди высоких волн с белыми гребнями, бившихся в скалы и поднимавших в воздух каскады брызг. Над головами беглецов появилась легкая тень – это кружила в воздухе стая пустельг, взлетевших из своих гнезд в скалистых берегах в поисках добычи – рыбешек и мелких птиц.

– Очень они мне не нравятся, – пробормотал Камаль, с неопределенным подозрением оглядывая сопровождавший шлюпку птичий эскорт.

– Пустельги уже давно считаются птицами, которые добра не принесут.

– А мне кажется, что они очень красивые, – заступилась за птиц Дженроза. – Они не причинят нам никакого вреда.

Ее взгляд устремился вверх, за группой птиц, оторвавшихся от своих собратьев и полетевших в сторону моря.

– Давайте поговорим о чем-нибудь другом, – предложил Эйджер.

– Принесут или не принесут эти птицы нам несчастье, все равно мы не сможем ничего с этим поделать.

– Тогда давайте поговорим о кораблях, – предложила Дженроза, все еще глядя вслед удалявшейся стае.

– О каких еще кораблях? – с опаской спросил Линан.

– О любых, к типу которых может принадлежать тот корабль. Он повторяет наш путь, – спокойно отозвалась Дженроза. Все остальные сердито взглянули на нее, а затем проследили за направлением ее взгляда.

– Мне ничего не разглядеть, – сказал Эйджер.

– Вам это и не удастся еще некоторое время, – ответила Дженроза. – Однако за последние три года мне пришлось много разговаривать с моряками и штурманами, и мне известно, что пустельги обычно следуют за нашими кораблями в поисках отбросов, которые мы выбрасываем за борт.

Она указала на стайку сорвавшихся со скал и стремительно взлетевших птиц.

– Обычно они парят возле корабля.

– Ах, дьявол! – выдохнул Эйджер. – Она ведь права. Я просто старый идиот, что позабыл об этом. Линан, помоги Дженрозе управиться с румпелем. Камаль, а ты поможешь мне побыстрее убрать парус. Теперь мы должны грести.

– Грести! – воскликнул с жаром Камаль. – Да что ты такое говоришь?! Волны попросту разобьют нас о скалы!

– Линан и Дженроза будут очень внимательно следить за тем, чтобы этого не случилось, верно, друзья мои? Но с поднятым парусом нас слишком легко обнаружить.

Эйджер вместе с Камалем быстро свернули парус и убрали мачту. Оба они взялись за весла и дружно изо всей силы стали грести по направлению к мрачно нависавшим над водой скалистым хребтам, при этом Камаль выказывал гораздо большую силу, нежели Эйджер.

– Дженроза, на расстоянии двухсот шагов от гор, выровняйте наш курс параллельно берегу, – скомандовал Эйджер. – Нам не следует приближаться к нему на более опасное расстояние.

Дженроза понимающе кивнула. Постоянно оглядывавшийся Линан первым заметил приближавшийся парус.

– Вон он! – закричал принц.

Трое его спутников взглянули в сторону горизонта. Сперва им удалось заметить блестевший на солнце алый парус, а немного времени спустя они уже смогли различить очертания корпуса корабля. На парусе красовались золотая звезда и скрещенные мечи. Военный корабль.