– В чем же?

– Что достанешь щепку и наконечник копья, которым ранили Даф... Твое копье я возьму с собой. На всякий случай, если ты солгала и рана была нанесена именно им.

– Ты так любишь Даф? – не выдержав, спросила Ирка.

Мефодий нахмурился.

– А вот это уже не твое дело. И еще в одном ты забыла поклясться. В том, что ты немедленно вернешь Ирку.

– Бедную калеку, с которой ты великодушно дружил? – горько уточнила валькирия.

– Не важно, калеку или не калеку! – вспылил Меф, угрожающе поднимая меч. – Ну же! Клянешься или...

Глядя на пляшущий в нетерпении клинок, Ирка собралась решительно произнести «нет», и будь что будет, как вдруг откуда-то сверху послышался вопль:

– Я здесь, мерзкая хозяйка! Держитесь! Сейчас мы его замесим!

Мефодий вскинул голову и увидел, что с дерева на него падает то нелепое существо, которое однажды уже сражалось с Депресняком. Не собираясь церемониться с ним, порядком раздраженный Меф приготовился поймать его на клинок. Однако Антигону повезло. Спрыгивая с вершины дерева, куда он телепортировал за минуту до этого, он зацепился широким поясом за сук и повис, размахивая булавой.

– Поднимайся ко мне, неподлый храбрец! Я покажу тебе, где раки чихают! Твоя голова лопнет, как гнилой орех! – вопил он.

Оценив, что домовой кикимор зацепился надежно и на голову не свалится, Меф утратил к нему интерес.

– Перестань, Антигон! Твоя помощь не нужна! – рассердилась Ирка.

– Помощь оруженосца не считается! А-а-а! Омерзительный монстр может загасить десять дюжин наследников мрака! Только снимите меня отсюда, а то булаву кину!

– Не вздумай! Это была честная схватка, один на один! – возразила Ирка.

– Честная схватка? – вспылил домовой кикимор. – Вы пощадили его, мерзкая хозяйка! Будь эта схватка честной, Мефодий Буслаев был бы уже Дох-ляндий Осляев!

Меф невольно улыбнулся. Нелепый человечек казался ему очень забавным.

– Не нарывайся, а то снова коту отдам! – пригрозил он.

Напоминать Антигону о коте было неэтично. Честный кикимор оскорбился до глубины души.

– Только попробуй, Дохляндий Осляев! Булавой тресну!

– Что ты делал у Ирки дома? Куда вы спрятали настоящую Ирку? Отвечай, если хочешь, чтобы я сохранил жизнь твоей хозяйке, – перебил его Меф.

Домовой кикимор так изумился, что перестал размахивать булавой и захлопал глазами.

– Спрятали настоящую Ирку? А кто же тогда... – начал он с недоумением.

– Молчи! – в испуге крикнула валькирия. Антигон осекся, что-то быстро соображая.

– Запрещаете, кошмарная хозяйка? Так, значит, он не догадывается? Тогда я знаю, как помочь вам! Надо только сказать ему, и он... Даже моя булава не потребуется, да?

И кикимор довольно захихикал.

– Молчи!.. – снова крикнула Ирка.

Мефодий в полном недоумении переводил взгляд с валькирии на ее слугу. Он ощущал себя главным героем бредовой постановки, где все знали свои роли, и только он один не знал. Не исключено, что Буслаев бы вспылил – ибо гнев был его обычной реакцией во всех случаях, когда его пытались выставить дураком, но обстоятельства внезапно изменились. Вот только в его ли пользу?

Неожиданно домовой кикимор, которому сверху было видно дальше, чем Ирке и Мефу, заорал:

– Дохляндий Осляев не один, кошмарная хозяйка! Вы не хотели, чтобы я помогал вам, а он привел целую толпу! Это конец, хозяйка! – завопил он.

Меф обернулся. В кустарнике послышалось шипение. Одна за другой оттуда начали выползать пепельные тени. На серых пальцах дрожали серебристые капли перстней...

Полуночные ведьмы приближались, опираясь на пальцы рук. Они не спешили. Их пустые десны шамкали. Гноящиеся глаза были прикованы к лицу Ирки. Ведьмы подползали, и вместе с ними наползала жирная густая вонь. На траве оставались серые склизкие борозды от их ступней и коленей.

– Мы довольны тобой, нас-с-следник! Ты дос-с-стал ее для нас-с-с! Тринадцатая валькирия! Но по¬чему она ещ-щ-ще ж-жива? – шипели они.

Продолжая держать Ирку за нагрудник, Меф отшагнул в сторону. Он никак не ожидал, что ведьмы появятся здесь и сейчас. Ближайшая ведьма была уже в дюжине шагов, не больше. Она встала на ноги и стояла, раскачиваясь. Ее разбухшее лицо дрожало точно желе.

– Жыржа! – тихо пробормотал Мефодий. Ирка с ужасом посмотрела на него.

– Да, я Жыржа! Убей ее с-с-скорей, нас-с-след-ник! Перереж-жь ей горло! – сипло сказала ведьма, улыбаясь краем рта.

– Выходит, это правда? Ты знаешь их? Ты заодно с ними? – спросила Ирка у Мефа.