Надо отдать должное Гоше — молодец. Сделал все красиво и быстро. Щелк, хрусть — и мизинец на полу, а из руки кровь хлещет. Гости в ужасе, рвутся вон из комнаты, в двери давка. Не ожидали такого. Я, конечно, ору как положено, захлебываюсь до хрипа. Только мне не больно. А проблема у меня другая — чувствую, что палец растет снова. И ничего не могу с этим поделать. Поэтому прячу руку на груди, все равно пиджак уже испорчен.

— Все, — говорит Гоша шепотом, — молодец, братан, хорошо поработал. Давай быстрей перевяжу, как рука?

Ну я поднимаю руку — а там все нормально.

— Обосраться! — говорит Гоша в восхищении и поднимает с пола мизинец. — Выросло заново!

— А ты думал? — говорю.

— Я думал — это свистеж и эта, как ее, компьютерная графика. Научи, как ты это делаешь?

— Витаминов надо больше жрать, а не наркотиков.

— Слушай, братан, — произносит Гоша, задумчиво вертя мизинец, — а пальчики?

— В смысле?

— В смысле — отпечатки? Теперь разные? Я протягиваю руку, и он начинает сравнивать два пальца, сощурив глаза.

— Фиг разглядишь при таком свете, — говорит он наконец. — Но очень похожи. Жаль, если одинаковые. А то полезная была бы способность. Можно хорошие штуки делать.

— Давай-ка отвяжи меня от стула лучше. Гоша начинает меня развязывать, медленно и задумчиво.

— Слушай, — говорит он, — а как же мы будем второму клиенту культю показывать?

— Мизинец отрубленный покажете. А руку перебинтуем.

— А вдруг босс не согласится? — с сомнением говорит Гоша.

— Его проблемы, — пожимаю плечами.

— Тс-с-с, браток. Ты знаешь, кто у нас босс? Счастье твое, что не знаешь.

В это время в коридоре раздаются шаги, и входит улыбающийся очкастый. Я еще не видел его улыбающимся.

— Молодца! — говорит мне и вынимает из кармана пачку денег. — Отлично поработал. Получишь добавку за без “наркоза”. Ты не думай — мы люди честные.

— Я и не думаю.

— И не думай, не думай.

— Не думаю.

— Ты смотри, — хмуро кивает ему Гоша. — У него уже все выросло.

Я поднимаю руку и шевелю мизинцем.

— Дела-а-а-а… — цокает языком очкастый. — Профессионал. И как мы его Климу теперь покажем?

— Перебинтуете руку, — говорю.

— Не, не пойдет, — говорит очкастый. — Клим не лох. Это они лохи полные, а Клим не лох. Поэтому мы тебе и рот заклеивать будем, и воплей не будет. Клим поймет. Почует. Так что придется снова рубить.

— Во-первых, мне уже пора, — говорю, — мне вечером еще диплом писать. У меня месяц до защиты, когда я диплом буду писать? У меня экономическая часть не подсчитана вообще.

— Больной, что ли? — говорит Гоша. — Ты за эти деньги себе три диплома купишь. Вместе с тремя дипломницами!

— Не, я так не работаю. Короче, мне пора.

— Стоп, стоп, стоп, — говорит очкастый. — Пешком, что ли, пойдешь? Погоди, выступишь перед Климом, и мы тебя в город закинем, на работу.

— Никак. Ну, только еще десятка. И пятерка за отсутствие наркоза. Ну ладно, пятерку скину за опт. Десятка — и я работаю.

— Десятка? — говорит задумчиво очкастый. — Ты что ж это думаешь, мы их тут штампуем, что ли? Ты думаешь, нам деньги так легко достаются, да? Ты вообще как, с головой пацан или как?

— Как видишь, — говорю.

— Так вот послушай меня, парень. Я бы тебе, конечно, мог сказать, что дам и десять, и двадцать, и пятьдесят. И ничего не дать. Но мы же честно работаем, да? Мы же тебя не обманываем, да? Поэтому я тебе честно скажу. Как сыну. Сынок! Ни хрена ты сегодня больше не получишь! Потому что и так получил все, что надо. То, се, костюм, наркоз — куча денег. На два пальца уже получил. Поройся в карманах своих оттопыренных. Поэтому отработаешь еще раз. По-честному. Мы честно, и ты честно. Ясно?

— Очень нехорошо получается.

— Сынок. Ты на себя посмотри. Сидит живой, здоровый, румяный — и торгуется. Вот положа руку на сердце — мне деньги достаются куда тяжелее. Живешь как лось в лесу. Того и гляди из-за куста грохнут — не волки, так лесники. Ясно? Так что все нормально.

— Ладно, уговорили. Давайте вашего Клима.

— Тихо, — говорит очкастый. — Забудь это слово и не упоминай его вообще никогда. Это такой волчара, который всех за яйца держит и насквозь видит.

— А еще мне пожрать надо, — говорю.