891. Поскольку материнская любовь в природе вещей, то почему бывают матери, ненавидящие своих детей, и часто с самого их рождения?

– «Порой это испытание, избранное духом ребёнка, либо искупление, если он сам был плохим отцом, плохой матерью или плохим сыном в другом существовании (См. N 392). Во всех случаях плохая мать может быть одухотворена лишь злым духом, старающимся сковать дух ребёнка, чтобы он не выдержал испытания, взятого на себя; но это нарушение законов природы не окажется безнаказанным, а дух ребёнка найдёт щедрое возмещение за препятствия, им преодолённые.»

892. Если дети причиняют родителям расстройства, то разве не извинительно не питать к ним нежности, какую бы родители питали в противоположном случае?

– «Нет, ибо им была вверена ответственная задача, и их назначенье – сосредоточить все усилия на том, чтобы вернуть детей своих на стезю добра (См. NN 582-583). Но зачастую расстройства эти лишь последствия дурного воспитания, которому они своих детей с пелёнок подвергали; и тогда они пожинают то, что посеяли.»

Добродетели и пороки – О страстях – Об згоизме – Черты характера человека добра – Самопознание

§144. Добродетели и пороки

893. Которая из добродетелей важнейшая?

– «Все добродетели важны, потому что все оне суть свидетельства продвижения по пути добра. Добродетель есть всякий раз, когда есть добровольное сопротивление влечению дурных наклонностей; но верх добродетели заключается в том, чтобы без задней мысли пожертвовать личным интересом на благо ближнего; важнее всех добродетелей, наибольшего достоинства исполнена та, что основывается на самом бескорыстном милосердии.»

894. Есть люди, делающие добро непроизвольно, им не нужно побеждать в себе какое-либо противоположное чувство; столько же ли достоинства в их добродетели, как и у тех, которые должны бороться со своим характером и его преодолевать?

– "Если кто-то не должен бороться с самим собой, то это значит лишь, что в нём прогресс уже совершился: он боролся прежде и победил; поэтому-то благие чувства не стоят ему никаких усилий, и его действия представляются ему вполне простыми и естественными: творить добро для него стало делом привычным. Его, таким образом, следует чтить, как чтут старых воинов, заслуживших себе славу, награды и чин.

Так как вы ещё далеки от совершенства, то эти примеры поражают вас своей яркостью, и вы тем больше восхищаетесь ими, чем более они у вас редки; но узнайте, что в мирах, развитых более вашего, является правилом то, что здесь кажется исключением. Чувство добра распространено там повсеместно, ибо миры те населены единственно духами благими, и одно-единственное злое намеренье было бы там чудовищным исключением. Вот почему люди там счастливы; то же будет и на Земле, когда человечество преобразится, когда оно должным образом поймёт и оценит милосердие в подлинном смысле этого слова."

895. Помимо недостатков и пороков вполне явных каждому, каков ещё характеристический знак несовершенства?

– "Корысть, личный интерес. Моральные качества зачастую не более как позолота, нанесённая на медяшку, бессильную скрыть свою истинную природу. Так человек может обладать действительными достоинствами, делающими его в глазах людей праведником; но достоинства эти, хотя и являются свидетельством прогресса, не всегда выдерживают некоторые испытания, и порой достаточно коснуться струны личного интереса, чтобы обнажить сущность такого человека. Истинное бескорыстие вещь на земле крайне редкая, какой восхищаются словно чудом природы всякий раз, как она присутствует.

Привязанность к вещам матерьяльным – безошибочный знак несовершенства, ибо чем больше человек привязан к вещам этого мира, тем меньше понимает он свою судьбу; бескорыстием же, напротив того, он свидетельствует, что видит своё грядущее с более высокой ступени."

896. Есть люди безрассудно бескорыстные, растрачивающие своё имущество без действительного толку, ибо не умеют найти ему разумного применения; какую заслугу они с того имеют?

– «Их заслуга в бескорыстии, но нет заслуги в том, что они не совершили того добра, которое могли бы совершить. Если бескорыстье – достоинство, то необдуманная расточительность всегда означает, по меньшей мере, нехватку здравого смысла. Состояние совсем не за тем даётся человеку, чтобы бросать его на ветер или схоронить в сундуке; оно вверено ему на хранение, и ему предстоит дать отчёт в применении его; предстоит ответить за всякое несделанное добро, сделать которое было в его власти и которое не было сделано им; за все слёзы, которые он мог бы иссушить деньгами, отданными им тем, кто не имел в них нужды.»

897. Тот, кто делает добро не с целью вознаграждения на Земле, но в надежде на то, что ему это зачтётся в другой жизни и положение его там будет от того только лучше, достоин ли он осуждения и не вредит ли эта мысль его продвижению?

– «Добро творить следует из милосердия, т.е. бескорыстно.»

– Однако вполне естественно желание каждого продвинуться, чтобы выйти из мучительного состояния этой жизни; сами духи учат нас творить добро с этой целью; и разве есть зло в том, чтобы, делая добро, надеяться на лучшее по сравнению с Землёю?