Имоджин всмотрелась в темноту, пытаясь обнаружить Патрицию. Неясный звук в дальнем углу длинной галереи заставил ее обернуться. Ей показалось, что она увидела, как мелькнули светлые юбки и исчезли в нише.

— Патриция? Это ты? — Имоджин решительно направилась в сторону ниши, но тут же ударилась большим пальцем ноги о колченогий стул, который не разглядела в темноте.

— Черт побери! — Она сморщилась от боли и нагнулась, чтобы растереть ушибленный палец.

Из тени вышел мужчина:

— Мисс Уотерстоун?

— Кого здесь черт… — Имоджин отпрянула назад, не спуская глаз с фигуры человека, направлявшегося к ней. Она узнала его, стоило ему появиться в снопе лунного света. — Лорд Ваннек!

— Сожалею, что пришлось прибегнуть к мелодраматическим трюкам. — Ваннек остановился, устремив на нее сверлящий взгляд. — Но мне необходимо поговорить с вами без свидетелей. Я потратил уйму времени, чтобы устроить эту встречу.

— Где леди Патриция?

— Она в эту минуту возвращается в большой зал в сопровождении респектабельной леди. Уверяю вас, Патриция в полной безопасности. Ее репутация никоим образом не пострадает.

— В таком случае нет никакой необходимости в моем присутствии здесь. — Подобрав юбки, она ринулась мимо Ваннека.

— Подождите. — Ваннек поймал ее за руку и принудил остановиться. — Мне было очень непросто организовать эту встречу, и я намерен поговорить с вами.

— Отпустите меня.

— Не раньше, чем вы меня выслушаете. — Ваннек сделал паузу. — Ради Люси, вы должны выслушать меня.

— Ради Люси? — Имоджин напряглась. — Какое отношение имеет ко всему этому бедняжка Люси?

— Вы были ее подругой.

— И что из того?

— Проклятие! Мисс Уотерстоун, выслушайте меня. Люси наверняка захотела бы, чтобы я защитил вас. Вы никогда не умели защитить себя в обществе.

— Я не нуждаюсь в вашей защите, сэр

Рука Ваннека еще крепче сжала ее руку выше локтя.

— Надеюсь, вы понимаете, что Колчестер сознательно скомпрометировал вас, чтобы был повод объявить о помолвке.

— Он не делал ничего подобного.

— Он охотится за Великой печатью королевы… Вы дали ему карту?

— Нет, не дала.

— Я так и думал, — с мрачным удовлетворением проговорил Ваннек. — Иначе он немедленно расторг бы помолвку… Разве вы не понимаете, что у него на уме? Он бросит вас в тот самый момент, когда карта окажется у него руках.

Имоджин холодно улыбнулась:

— Вы глубоко заблуждаетесь, сэр.

Гнев и отчаяние исказили лицо Ваннека. Его пальцы впились в ее руку.

— Я мечтаю об этой проклятой печати, мисс Уотерстоун. Ратледж писал, что она стоит целое состояние… Она практически бесценна.

— Вы делаете мне больно…

Он не обратил ни малейшего внимания на ее слова.

— Несколько дней назад я начал создавать консорциум для финансирования экспедиции на Замар. К сожалению, потенциальные члены консорциума потеряли интерес к нему, когда узнали о вашей помолвке с Колчестером. Он одним ударом разрушил мои планы.

В его тоне послышалось нечто такое, отчего у нее все внутри похолодело.

— Честное слово, я не могу стоять здесь с вами и обсуждать этот вопрос. Я должна вернуться в зал.

— Расторгните помолвку, — прошипел Ваннек. — Немедленно! Это единственный способ… Если вы отделаетесь от Колчестера, я организую консорциум. Мы с вами станем партнерами. Мы разбогатеем, когда отыщем Великую печать королевы.

Это было как раз то, на что она рассчитывала, однако внезапно Имоджин поняла, что разговаривает с одержимым, маньяком, и ей стало страшно.

— Мне нужно идти, — упрямо повторила она. — Вероятно, мы могли бы обсудить это в другое время. Возможно, вы могли бы вступить в деловую сделку с Колчестером.

— С Колчестером?!

Она слишком поздно сообразила, что ей не следовало этого говорить.

— Возможно, что…

— Невозможно! — рявкнул Ваннек. — Колчестер никогда не пойдет на такую сделку! Всему свету известно, что он убил Ратледжа! Он таким же образом поступит и со мной, если мы станем с ним партнерами… Вы должны разорвать помолвку, прежде чем передадите ему карту! Это единственный выход из положения!

Гнев взял верх над осторожностью. Имоджин резко выпрямилась:

— Я поступлю так, как сочту нужным, сэр. Будьте добры, отпустите меня.