– А Клык ботал, будто тебя из ментовки турнули и ты ошиваешься в каком-то частном сыскном бюро.

– Врет твой Клык. Это ему в сладком сне приснилось. Он никак не может забыть, как я его брата на квартирной краже снял. Вот и плетет что попало.

– Может быть, - согласился Беленький.
– Он известный трепло. А я думал, что мне вольную дали.

– "Оставь надежду всяк, сюда входящий".

– Но ведь столько уже лет прошло.

– Будем считать, что ты у нас был законсервирован, как особо ценный агент.

– Ну ты даешь! Что я тебе килька что ли? Стало быть, опять понадобился?

– Понадобился, Сережа. Очень понадобился.

– А что такое?

– Это не телефонный разговор. Надо встретиться.

– Надо так надо. В "Пельменной"?

– Да. Через час сможешь?

– Смогу. Только ты бутылек прихвати, иначе кончусь.

– Что, трубы горят?

– Спасу нет. Вчера кореш с зоны пришел. Ну мы и... Сам понимаешь.

– Это надо. Это святое дело. Хорошо, прихвачу.

Когда я через час пришел в "Пельменную", то увидел Беленького за столиком в дальнем углу. Он помахал мне рукой. Я взял две двойных порции пельменей, по овощному салату и стакану компота, составил все на поднос, подошел к столику.

– Привет, Серега!

– Здравствуй, Дима! А ты клево выглядишь.

Зато видок у моего агента был, прямо скажу, неважнецкий, краше в гроб кладут. Определенно, Лицо серое, одутловатое, руки трясутся, глаза красные, шальные, в них мировая скорбь и мечта всех алкашей на свете об опохмелке. Держался он из последних сил исключительно на присущем ему оптимизме.

Я поставил поднос на стол.

– Разгружай.

Чудик быстро составил тарелки и стаканы на стол, а поднос положил на подоконник. Спросил:

– Не женился?

– Есть такая глупость.

– То-то смотрю, что слишком гладкий, - проговорил он.
– Где теперь монтулишь?

– В управлении.

– Поздравляю! Я знал, что ты далеко пойдешь. Принес?

Я не решился отказать себе в удовольствии немного приколоть Чудика.

– Ты о чем?
– спросил недоуменно.

– Бутылек, говорю, принес?
– прохрипел он. От волнения у него перехватило горло. Острый кадык несколько раз дернулся на жилистой шее. Глаза стали совсем нехорошими, непредсказуемыми. Продолжать эксперепент было чревато, мог и убить.

– Ах, ты об этом. О чем разговор, принес конечно. Но давай сначала по компоту.

– Ага. Это мы моментом!
– обрадованно проговорил Беленький в предвкушении выпивки. Схватил стакан, но пока нес ко рту расплескал едва ли не половину компота. Смутился: - Вот зараза! Совсем плохой стал. Ты извини, Дима!

– Ничего, бывает.
– Я выпил компот. Воровато огляделся - не наблюдает ли кто за нами, достал из внутреннего кармана бутылку водки, открутил пробку, налил по полстакана.
– За встречу, Сережа!

Беленький пил водку мучительно долго, даже не пил и натурально цедил сквозь зубы. При этом лицо выражало такое отвращение, такие муки, словно пил не водку, а отраву. Наконец с водкой было покончено. Он медленно поставил стакан на стол, вытер тыльной стороной руки губы, замер, будто прислушивался - что у него творится там, внутри. По мере того, как алкоголь быстро впитывался в кровь, Чудик менялся буквально на глазах. Лицо налилось жизненной силой, глаза заблестели и смотрели теперь на мир ласково и влюбленно.

– Ты закусывай, - посоветовал я ему, за обе щеки уплетая салат.

– А-а, - вяло махнул он рукой на закуску.
– Давай ещё по одной?

– Нет, ты извини, но у меня правило - сначала дело, а потом все остальное. Как по пословице: "Кончил дело, гуляй смело".

– Ну, дело, так дело, - неохотно согласился Беленький.

– Ты Свистуна знал?

– Шулера что ли?

– Да.

– Очень хорошо знал. Даже как-то корешили. Он ведь раньше в нашем районе на Ленинградской, жил. Тот ещё жук. А что он тебя заинтересовал?

– Убили его этой ночью.

– Да ну! Дела!
– удивился Чудик.
– Довыступался, козел.

– В каком смысле?

– В самом прямом. Свистун ведь шулер так себе. Но дурак возомнил из себя классного игрока. Я его как-то предупреждал, чтобы не связывался с залетными фраерами. Там такие профи есть, не успеешь глазом моргнуть, до нитки разденут. Но этот дурак не захотел слушать дельного совета. Вот и подзалетел. Нарвался на одного такого. Все продул и ещё остался должен приличные бабки. А ты ведь знаешь, что такое карточный долг. Свистун по парням бегал, просил денег занять. Деже ко мне подкатывал.