— А что, снайпер сам поверил в свой выстрел?

— Снайпер? — не сразу понял Кришна.

— Ну да. Тот, что замочил вместо вас «куклу». Он что, слепой? На звук стрелял?

— Тут просто. Киллера люди Замка ликвидировали немедленно. Сразу после выстрела.

— Это достоверно?

— Абсолютно. Взрыв. Его берлогу-засаду разнесло, развеяло по лесу…

— И кто их тогда убедил в вашей гибели?

— Полагаю, видеозапись. Тому, кто организовал акцию, необходимо было предъявить доказательства.

— А монтаж?

— Ты непрофессионал в этой сфере. Любой мало-мальски обученный оператор обнаружит «монтажку», даже если она сделана на очень хорошем уровне. Моя смерть создала им иллюзию полной свободы действий, они — раскрылись… Я — тоже не бездельничал. Быть покойником, скажу тебе, Сережа, честно, весьма хлопотное занятие. Если не лениться. Но лень, как и глупость, слишком дорого обходится…

— Кто бы спорил… Что случилось с Гончаровым?

— Убит.

— Это я уже знаю.

— Тоже снайпер. Только на этот раз, к сожалению, удачно.

— Как такой профи, как Гончий, попался?

— И на старуху бывает проруха… Дела наши последнее время шли неплохо; наверное, позволил себе расслабиться.

— Всякое бывает.

— У меня еще нет всех материалов, но полагаю, сыпанулся на стереотипе.

Профессионалы время от времени допускают самые примитивные проколы. Его убийцу мы ищем. А организатора… Организатора уже нет в живых…

— Альбер?

— Нет. Магистр.

— Что-то такое я уже слышал…

— Организация, называвшая себя «Замок», была построена довольно жестко и иерархично. Каждый структурный уровень имел своего начальника и свой приоритет.

После моей «кончины» у них началась жесточайшая внутренняя свара. Борьба за власть.

— Силы некуда девать было?..

— После ликвидации главного противника и конкурента — меня — они решили выяснить отношения между собой. Знаешь, Сережа, среди людей это случается гораздо чаще, принято считать.

— Верю. А что вы с ними не поделили, с этими «рыцарями наживы»?

— Деньги. Влияние. Власть.

— Три причины, и не поймешь, какая из них — более веская.

— Иронизируешь?

— Ага. Горько. А как вы проникли в это «логово бегемотов»?

— Деньги.

— И все то же, и все там же…

— То, чего нельзя купить за деньги, можно купить за большие деньги. То, чего нельзя купить за большие деньги, можно купить за громадные… Ну и так далее… Я перекупил начальника охраны этого скворечника. Вместе с охраной.

Только и всего.

— Задорого?

— Это смотря как считать.

— Влияние и власть — дороже?

— Сережа, прекрати. Влияние и власть — это те же деньги! И сейчас, и, главное, в будущем!

— Рулетка.

— Что?

— Кто банкует, тот всегда в выигрыше.

— Как правило, это так.

— А как исключение?

— Сергей, у тебя есть настроение заниматься словесным эквилибром? Оставь это занятие «яйцеголовым». Благо, они ни к чему другому не способны.

— А я — способен?

— Да.

— Хм…

— Сергей Петрович Дорохов… Речь идет о деньгах.

— Константин Кириллович… Это я уже понял…

— Сережа… Речь идет о больших деньгах. Вернее даже — об огромных, стратегических. Их даже сравнить не с чем.

— Деньги всегда можно сравнить с другими деньгами. Велика ли сумма?

— Если я тебе назову цифру с двенадцатью нулями…

— Это в каковой же валюте?

— В самой популярной.

— Свободных денег?!

— Нет. Вложенных в пакеты акций ведущих корпораций мира.

— Впечатляет. Но сейчас я хочу чашку кофе.

— Что?

— Кофе. Чашку. Большую. Очень крепкий. С сахаром. А потом заберу Ленку, поеду домой и завалюсь спать.

— Сережа… По-моему, ты…

— Извините, Константин Кириллович. Устал. Нервы.

— Я приготовлю тебе кофе.

— Разве больше некому?

— Ты знаешь, я люблю возиться сам. Решетов встал, разыскал спиртовку, зажег, поставил на нее джезву, смолол зерна. В комнате — приятный аромат…

После всех напрягов — хола и нега… Только — что ж мне так грустно?..

Как там у Булгакова? «Господа нищие, мне сегодня подали гигантскую милостыню… Что ж мне так грустно?..»

Деньги… Как там Лена выразилась? «Сейчас этот твой генерал считает деньги легионерами, а в будущем — найдет себе среди них и центуриона, и цезаря, и бога… И будет ему служить. Верой и правдой».