Шрифт:
Она хотела еще.
И Хэкет откликнулся. Удивляясь своим возможностям, он ощутил внизу растущую твердость.
Она повела его, почти потащила в гостиную, и они снова занялись любовью. На этот раз медленнее, но с большей страстью.
Хэкету казалось, что ночь превратилась в нескончаемые часы и минуты восхитительного совокупления.
Все остальное не имело никакого значения. Он нашел в себе такие силы, о которых просто не подозревал, и продолжал удовлетворять ненасытную Сью. А она не знала усталости.
— Я люблю тебя, — шептал Хэкет, когда она лежала рядом, положив голову ему на грудь и утирая капли пота с его тела.
Глаза ее были открыты, дыхание оставалось глубоким. Она не ответила ему. Она могла думать только о Кёртисе.
И все повторилось снова.
Глава 58
Все было очень просто.
Гораздо проще, чем он предполагал.
Рональд Миллз сидел за столом и, улыбаясь, рассматривал лежавшие перед ним предметы.
«Тридцать восьмой» и патроны к нему. Нож. Блокнот с единственной записью: «ХИНКСТОН».
Умственную часть работы всегда выполнял Уолтон, пока был жив. Разработка всех их делишек — это относилось к обязанностям Уолтона. Он же занимался их денежными проблемами, все умел распределить, расставить по полочкам. Теперь, когда Уолтон умер, Миллзу приходилось обо всем думать самому.
Он крутнул барабан «тридцать восьмого», потом возвратил его на место, поднял револьвер и прицелился. Направив дуло на грязный горшок, украшавший шкаф, нажал на спусковой крючок.
В пустой комнате прозвучал металлический щелчок вставшего на место курка.
Он положил револьвер на стол и взялся за нож, любовно сжав его в руке. В руке с воспалившейся татуировкой. Он зарычал и, сковырнув струп, размял его в пальцах, прежде чем бросить на пол. Затем Миллз потянулся к точильному камню и принялся тщательно водить по нему лезвием, то и дело останавливаясь и прижимая к нему большой палец.
Пять минут он точил нож, затем вновь проверил его остроту. Лезвие легко рассекло кожу, разделив подушечку большого пальца надвое от ногтя до второй фаланги.
Секунду он подержал палец перед собой, наблюдая, как появившаяся из пореза кровь стекает на ладонь, прижал ранку к губам, пробуя на вкус солоноватую жидкость. Он всасывал в себя кровь, как младенец сосет молоко, вытягивая все до последней капли.
Наконец он опустил руку, опустил нож, и взгляд его остановился на блокноте.
Позвонив агентам по продаже недвижимости, он справился о доме Хэкета. Сказал, что хочет его купить. Ему поверили. Эти гребаные придурки заботятся только о своих комиссионных, для них главное — продать дом. Их не колышет, кто его покупает, кто наводит справки, главное для них — заработать на этом.
— Легче верблюду пройти сквозь угольное ушко, чем богатому в царство Божье! — хмыкнул Миллз.
Ему не нужны деньги. Деньги для него ничто.
Важна только месть.
Месть Хэкету.
Агент по недвижимости попытался назначить встречу с ним, чтобы показать ему дом, но Миллз не выказал энтузиазма по этому поводу. Он попросил дать ему возможность поговорить с Хэкетом лично, чтобы тот несколько снизил запрашиваемую сумму.
Агент согласился и сказал, что это вполне возможно.
Миллз улыбнулся.
Он попросил дать ему координаты Хэкета.
Ему сообщили номер телефона и нужный адрес в городе Хинкстоне.
«Просите, и воздастся вам».
Миллз смотрел на единственную запись в блокноте, на «пушку» и на нож.
И на свой кровоточащий большой палец. Он знал теперь, где найдет Хэкета. Оставалось добраться туда. Медленным движением Миллз провел порезанным пальцем по блокноту, оставляя на белом листке жирную красную полосу. Так что дело теперь только во времени. «Ищущий да обрящет».
Он захохотал.
Глава 59
Когда он вышел из дома, под ногами похрустывал иней, Кёртис шагал прямо по широкому газону, расположенному за домом. Он не спешил, глубоко вдыхая воздух. Прохладный воздух раннего утра, пахнущий чистотой и свежестью. Изо рта шел пар. Бледное солнце медленно поднималось в небо, явно не спеша в первые минуты рассвета согреть мир своими лучами. Да оно еще и не настолько окрепло, чтобы растопить иней.
В саду и вокруг дома стояла тишина.