На другое утро пошёл королевич с той туфелькой к отцу Золушки и говорит:

– Я возьму в жёны только ту, на чью ногу придётся эта золотая туфелька.

Обрадовались обе сестры - ноги у них были очень красивые. Старшая отправилась в комнату, чтобы примерить туфельку, и мать пошла за ней. Но дочь никак не могла натянуть туфельку на ногу; мешал большой палец, и туфелька оказалась ей мала. Тогда мать подала ей нож и говорит:

– А ты отруби большой палец; когда станешь королевой, всё равно пешком ходить тебе не придётся.

Отрубила девушка палец, натянула с трудом туфельку, закусила губы от боли и вышла к королевичу. И взял он её себе в невесты, посадил на коня и уехал с нею. Но надо было им проезжать мимо могилы, а там на ореховом деревце сидело два голубка. И запели они:

– Погляди-ка, посмотри,

А башмак-то весь в крови,

Башмачок, как видно, тесный,

Плохо выбрал ты невесту!

Посмотрел королевич на её ногу, видит - кровь из неё так и течёт. Повернул он коня назад, привёз самозванную невесту домой и сказал, что это невеста не настоящая, - пускай, мол, наденет туфельку другая сестра. Пошла та в комнату, стала примерять. Влезли пальцы в туфельку, а пятка оказалась слишком большая. Подала ей мать нож и говорит:

– А ты отруби кусок пятки: когда будешь королевой, пешком тебе всё равно ходить не придётся.

Отрубила девушка кусок пятки, всунула с трудом ногу в туфельку, закусила губы от боли и вышла к королевичу. И взял он её себе в невесты, посадил на коня и уехал с нею. Но проезжали они мимо орехового деревца, а на нём сидело два голубка, и они запели:

– Погляди-ка, посмотри,

А башмак-то весь в крови,

Башмачок, как видно, тесный

Плохо выбрал ты невесту!

Глянул королевич на её ногу, видит - кровь течёт из туфельки и белые чулки совсем красные стали. Повернул он коня и привёз самозванную невесту назад в её дом.

– И эта тоже не настоящая, - сказал он.
– Нет ли у вас ещё дочери?

– Да вот, - сказал отец, - осталась от покойной моей жены маленькая, несмышлёная Золушка, - да куда уж ей быть невестой!

Но королевич хотел, чтобы её привели к нему. Говорит тут мачеха:

– Да нет, она такая грязная, ей нельзя никому и на глаза показываться.

Но королевич во что бы то ни стало желал её увидеть; и пришлось привести к нему Золушку. Умыла Золушка сначала руки и лицо, а потом вышла к королевичу, склонилась перед ним, и он подал ей золотую туфельку. Села она на скамейку, сняла с ноги свой тяжёлый деревянный башмак и надела туфельку, и пришлась она ей как раз впору. Встала она, выпрямилась, - посмотрел тут королевич ей в лицо и узнал ту самую красавицу, с которой он танцевал, и воскликнул:

– Вот это и есть настоящая моя невеста!

Испугались мачеха и сводные сестры, побледнели от злости. А королевич взял Золушку, посадил на коня и ускакал с ней. Едут они мимо орехового деревца, а два белых голубка весело поют:

– Королевич, посмотри,

В башмачке-то нет крови,

Башмачок, видать, не тесный,

Вот она - твоя невеста!

Только они это пропели, улетели оба с дерева и уселись к Золушке на плечи: один на правое плечо, другой на левое. Так и остались они сидеть.

А когда пришло время свадьбу справлять, явились и вероломные сестры хотели к ней подольститься и разделить с ней её счастье. И когда свадебное шествие отправилось в церковь, старшая оказалась по правую руку от невесты, а младшая по левую; и выклевали голуби каждой из них по глазу. А потом, когда возвращались назад из церкви, шла старшая по левую руку, а младшая по правую; и выклевали голуби каждой из них ещё по глазу.

Так были они наказаны за злобу свою и лукавство на всю свою жизнь слепотой.