ПОМОГИТЕ

У Джоанны закружилась голова; она почувствовала, что падает, но как-то странно, словно валится в саму себя, теряя форму и плоть. Она уцепилась за что-то и на мгновение успокоилась: все хорошо, она немного повисит так, и все пройдет.

Толстый резиновый коврик на полу остановил ее падение. Она ударилась коленом, потом — локтем и кистью. Оттолкнувшись от пола, Джоанна поднялась на ноги. Она была невредима, но теперь понимала — от того, что случилось, нельзя ускользнуть даже в беспамятство.

ПОМОГИТЕ!

— Помогите! Ральф, помоги мне!

Она бросилась к двери и начала отчаянно дергать ручку. Неожиданно дверь открылась — словно по собственной воле, а не подчиняясь ее усилиям. Не щелкнули ни замок, ни щеколда; дверь просто открылась и выпустила ее.

Ральф входил в комнату в дальней стороне коридора, когда Джоанна, бледная от пережитого ужаса, выскочила из ванной. Он подбежал к ней.

— Джо, что случилось?

— Разве ты не слышал меня?

— Я вообще ничего не слышал. С тобой все в порядке?

— Просто давай уедем — прямо сейчас, пожалуйста.

Было всего только семь тридцать утра, когда телефон Сэма зазвонил. Сэм уже допивал второй кофейник и оборвал извинения Ральфа за столь ранний звонок.

— Что случилось? — спросил он, чувствуя тревогу в голосе Казабона.

— Та женщина, которую вы искали вчера вечером. После вашего ухода она нанесла нам визит. И кажется, не только нам, но и родителям Джоанны.

— И?

Ральф заколебался.

— Я думаю, нам было бы лучше поговорить лицом к лицу. Мы с Джоанной сейчас в гостинице, но я могу приехать домой через двадцать минут. Вы можете встретить меня там?

Когда Сэм вышел из такси, Ральф Казабон ждал на ступеньках дома номер 139. Он выглядел утомленным, встревоженным, и очень отличался от того самоуверенного и твердого человека, который накануне вечером открыл Сэму дверь.

— Спасибо, что приехали, доктор Таун, — Казабон вынул из кармана брелок с ключами и, отпирая дверь, примирительно рассмеялся. — Я говорил себе, что подожду вас снаружи, чтобы вы могли увидеть все в точности так, как было вчера вечером. Но правда заключается в том, что я просто боюсь войти в собственный дом.

— Любой трезвомыслящий человек на вашем месте тоже побаивался, — сказал Сэм, стараясь скрыть нетерпение.

Казалось, дверь чем-то завалена с той стороны, потому что Ральф не мог открыть ее полностью. Войдя вслед за ним, Сэм увидел одежную вешалку на полу.

— Это было первое, что случилось. Грохот от ее падения разбудил нас.

Сэм кивнул с таким видом, будто такие детали его мало интересовали.

— Расскажите мне об этой женщине, — сказал он. — Опишите ее. — Ральф выполнил просьбу, и Сэм мрачно слушал его. Когда Казабон замолчал, он снова кивнул. — Это она. Джоанна тоже ее видела, так?

Ральф покачал головой.

— Не тогда. Когда Джоанна вошла в гостиную, женщины там уже не было. Мы подумали, что она только что убежала. Но потом, когда все это началось... — он искоса посмотрел на Сэма, словно не был способен или стыдился взглянуть ему прямо в глаза. — Она — призрак, не так ли?

— Если бы я знал точно, я бы сказал вам. Но я не знаю.

Ральф снова посмотрел на него, на сей раз более прямо, будто пытался решить, говорит ли Сэм правду. Впрочем, к какому бы решению он ни пришел, он оставил его при себе.

— Проходите сюда, — сказал он, и зашагал к гостиной. — Вам стоит на это взглянуть.

На пороге Казабон замер и, бормоча ругательства, уставился на то, что открылось его взгляду.

Сэм заглянул мимо него в комнату и увидел картину полного разорения. Стулья и столы были опрокинуты, лампы, вырванные из гнезд, висели на проводах; все вазы и статуэтки были разбиты, рама картины — разбита. Даже ковер и покрытие пола были разорваны в нескольких местах, и выглядывали голые половицы.

— Когда мы уехали, все было не так, — сказал Ральф. — Разбилось только большое зеркало, которое висело над камином. Мы видели, как оно поднялось в воздух и полетело через всю комнату. — Он показал рукой. — Вот здесь оно упало. Но все остальное... — Он развел руками в беспомощном непонимании.

— Вы сказали «не тогда», когда я спросил, видела ли Джоанна эту женщину, — напомнил Сэм. — Это значит, что она видела ее позже?

— Она видела что-то в зеркале. Она вошла в комнату и через мое плечо увидела там отражение женщины. Я повернулся, но было поздно, зеркало уже летело через гостиную.

— Она описала вам женщину?

Ральф кивнул.

— Это была та же самая женщина, которой я открыл дверь. — Он ждал, что Сэм что-нибудь скажет, но тот был погружен в свои мысли и промолчал. — Наверху тоже есть кое-что, на что вам надо бы посмотреть, — он повел Сэма к лестнице, по дороге рассказывая: — Мы вернулись в спальню, чтобы собрать вещи и вместе уехать. Я услышал грохот в моем кабинете и спустился вниз посмотреть. Мой стол был перевернут, все бумаги разбросаны. Я не хотел надолго оставлять Джоанну одну и вернулся буквально через пару минут. Когда я поднялся, она выходила из ванной. Она шаталась и была до смерти перепугана. Она сказала, что ее заперли в ванной, и что-то стучало и царапало по стенам. А потом появилась эта надпись, и если она еще там...