– Вы меня не поняли, - с ледяным бешенством произнес Евгений.
– Речь не идет о простых беспорядках, это погром! И если вы плохо представляете себе, что это такое, то вспомните телерепортажи!

– Погром? У нас?
– недоверчиво протянул дежурный.
– Ну, вам, конечно, виднее... Только, - голос его стал растерянным, - сейчас у меня нет ни одной свободной машины... Вы же знаете, что сегодня праздник, в районе полно происшествий! Может, все-таки лучше дождаться патруля?

– Не лучше!
– резко ответил Евгений.
– Толпа уже вышла, у вас остаются минуты! Немедленно снимайте с маршрута любой вертолет и гоните его в Шотшаны как можно быстрее! А за себя можете не беспокоиться: к завтрашнему утру все прочие "происшествия" померкнут рядом с этим... при любом исходе! Действуйте! Где ближайший вертолет?

– В Сирине, - быстро ответил дежурный, начиная осознавать серьезность ситуации.

Евгений мысленно застонал: минут двадцать лету, не меньше! А толпа вышла десять минут назад! И еще: ночью возле "Лотоса" снизиться почти невозможно, значит, вертолет сядет в поселке, и догонять погромщиков полицейские будут пешком. Безнадежная затея! Получасовое опоздание, да еще при плохом знании местности...

– Ваш пилот знает, где находится "Лиловый лотос"?
– спросил он.

– Вряд ли... Если только найдет по карте...

Ну естественно! Значит, единственный выход - перехватить погромщиков еще до "Лотоса", точнее, до переправы, там, где дорога еще широкая...

– Слушайте меня внимательно! Передайте пилоту: пусть идет к поселку, но не садится. От поселка к "Лотосу" ведет дорога, надо держаться вдоль нее, искать факелы. Найдет - пускай действует...

Евгений положил трубку и повернулся к Алине:

– Дай свою машину... а лучше отвези меня на аэродром! Только ради всего святого, ни о чем не спрашивай!

Он чувствовал, что просто не в состоянии разговаривать - так горько и мерзко было у него на душе. Неужели и по эту сторону гор, возле милого его сердцу Сент-Меллона, возможны такие ужасы? Первобытный страх, бездоказательные подозрения - и люди готовы идти убивать?! Но как они наутро смогут посмотреть друг другу в глаза? Ладно бы мы действительно произошли от обезьян - а ведь еще только происходим!..

Когда "дом за рекой" пустовал, жители поселка почти не бывали там. Другое дело раньше, когда там была сейсмостанция! Можно было не только поговорить с персоналом, но и получить какую-нибудь мелкую работу - даже небольшой заработок никогда не бывает лишним, особенно, в такой глуши...

Но сейсмостанцию перенесли, и ходить туда больше не было смысла разве что мальчишки залезут из любопытства, или кто-то из сельчан победнее рискнет поживится чем-нибудь в заброшенном здании. А после появления эсперов естественный интерес к новым соседям быстро сменился почтительным уважением - и полным нежеланием ходить в гости!

...И теперь Фил, хоть убей, не мог вспомнить, какая из двух тропинок ведет к "Лотосу"! Только что она была одна - уверенно поднималась вверх от переправы - и вдруг разделилась: ну, и куда дальше? Он попытался представить себе план местности, но очень быстро ощутил, что по точным наукам был в классе последним...

Наконец Фил махнул рукой и положился на везение - должна же быть справедливость на свете! Начинало темнеть, он нервничал и торопился: вот-вот из поселка выйдет жаждущая мести толпа, надо успеть раньше...

Подъем становился все круче, ущелье сужалось, камни коварно выскальзывали из-под ног. Повернув к закату циферблат часов, Фил не на шутку встревожился: он уже давно должен быть на месте! Вернуться? Или пройти еще немного?..

Наконец ущелье кончилось... но никакой лощины впереди не было! Тропинка поворачивала вправо, петляя вверх по склону, а внизу... Фил остановился, не желая верить своим глазам: под крутым каменистым обрывом метров десять, не меньше!
– светились окошки "Лотоса"...

Значит, он все-таки ошибся на развилке! Черт возьми... Днем и с веревкой он спустился бы здесь без проблем, но сейчас... С минуту он с тупым отчаянием смотрел вниз. Какая мирная картина: уютная лощина, темный силуэт дома, фантастические очертания ветряка над ним, разноцветные занавески на светящихся окнах... И где-то там внутри Инга... И вот-вот сюда ворвется отвратительная толпа убийц! (Фил старался не думать о погромщиках, как о своих односельчанах, легче было вообразить их чем-то вроде инопланетян...) А эсперы еще ни о чем не подозревают!

Что же делать? Покричать? Не услышат, да и опасно кричать на незнакомом склоне... Может, вернуться к развилке? Но уже почти стемнело, и можно опять заблудиться... Да и некогда бегать туда-сюда! Нет, хватит прятать трусость за раздумьями: ясно, что есть только один выход! Фил снова подумал об Инге, и желание спасти ее растопило последние опасения...

Он медленно двинулся вдоль обрыва, внимательно разглядывая изломанную каменистую кромку, пока не нашел то, что искал: узкую расщелину в монолитной стене, уходящую вниз, к пологому травянистому и такому безопасному склону. Если спускаться по ней, то можно будет упереть спину и даже отдыхать по пути... И не раздумывая больше и не глядя вниз, Фил распластался на траве и осторожно свесил ноги с обрыва...