– Давно не видел я грузовых велосипедов{7}, - улыбнулся Суан, пожалуй, с самого Диен-биен-фу{8}. А ты, Дык, хорошо помнишь Диен-биен?

– Да...

– Ну, это еще вопрос! Ты ведь, наверно, помоложе Хоа?

– Мне тогда только что стукнуло девятнадцать.

– Сколько же тебе, Хоа?

– Двадцать два. А вам, комиссар, есть уже сорок?

– Что ж, ты почти угадал. Только немного меня омолодил.

– А вы и так молодой, - засмеялся Хоа.

– Где там! Совсем уж начал сдавать, вон и волосы поседели.

Дык улыбался своим мыслям. "Ига, что ты делаешь сейчас? Верь, я буду достоин твоей любви..."

На дороге, скрывавшейся в темноте, по-прежнему маячили тени. Люди шли пешком, ехали на велосипедах. Плыли силуэты широких, плетенных конусом шляп{9}. Тяжелое дыхание уставших людей сливалось со скрипом сгибающихся под тяжестью груза бамбуковых коромысел и быстрым стуком шагов.

– Что, не терпится?
– спросил Суан.
– Ничего, еще часа два, и будешь на месте. "Шестерка" стоит сейчас сразу около бетонного моста. Там самые тяжелые бои!

– Я слышал, сегодня ранило Лаунга, это правда?

– Да. Кажется, было прямое попадание ракеты на позиции "четверки". До позавчерашнего вечера у ребят еще бывали передышки, а эти два дня налет за налетом. Но мост цел. Так что все еще впереди.

– Надо прямо на месте сбить несколько сволочей, тогда они присмиреют!
– вставил Хоа.

– Это верно. Только его так легко не собьешь. Задача у нашей боевой группы очень сложная.

– Может, трудно еще и потому, что ребята больше привыкли к маневренным операциям, а здесь приходится вести позиционные бои?

– Возможно. Посмотрим, что будет дальше. Послушай, Дык, ты возвращаешься в роту как раз вовремя, "шестерка" недавно получила два новых орудия. Да и местечко у вас - около реки - совсем недурственное, купаться можно... Мне кажется, что в позиции нашей боевой группы есть какая-то заковырка, из-за которой никак не налаживается система огня. У части, стоявшей здесь до нас, тоже не все шло гладко, но тогда было меньше налетов. А нам придется драться всерьез.

Из леса в темноте послышался шум, замелькали лучи фонариков. Раздался чей-то голос:

– Эй, где вторая колонна? Спят, черти!

– Гаси фонари!
– закричали в ответ. С полсотни грузовых велосипедов выкатились из леса и запрудили большак.

Послышался тяжелый грохот мотора. Огромный черный куст вырвался из темноты и двинулся по большаку. Хоа выскочил на дорогу и закричал:

– Стой! Стой!

Куст взревел и остановился, со свистом выдохнув воздух. Это был грузовик, замаскированный ветками. Шофер высунул голову из кабины.

– Ну, чего?!
– заорал он.

Посветив фонариком, шофер разглядел автомат, каску Хоа и спросил, понизив голос:

– В чем дело, товарищ?

– Убавь скорость! На дороге полно людей, впереди еще колонна велосипедов. И выключи свой фонарик. АД-6 порхает над головой!

Снова раздался стук мотора. Еще один грузовик вырвался из темноты и резко остановился, заскрежетав тормозами. Лес дрожал от рокота двигателей. С первой машины спрыгнул помощник шофера; пятясь, он сделал несколько шагов по большаку, прикидывая, не заденет ли кузов за деревья и крикнул:

– Давай, давай!

Трехосный великан загудел и медленно тронулся с места.

Чуть не два десятка грузовиков один за другим углубились в лес.

Автомобили, велосипеды, носильщики с коромыслами на плечах сплошным потоком двигались по дороге; окрики, смех и ругань смешивались с гулом моторов и шумом колес.

Хоа, стоявший у дороги со своим автоматом, крикнул шоферу последнего грузовика:

– Сзади еще есть машины?

– Полно!

Вернувшись к дереву, под которым сидел Суан, Хоа вздохнул:

– Ну, теперь позагораем у парома!

В просвете между облаками вспыхнули две ракеты, через минуту - еще одна.

Ракеты медленно плыли по небу, оставляя за собой белые хвосты дыма. Алые и желтые вспышки понеслись вверх к облакам, точно метлой прочесывая небо из конца в конец. С высоты метнулись вниз красные языки пламени, и несколько секунд спустя загрохотали взрывы.

– Сейчас он улетит обратно, - пробормотал Хоа.

Самолеты, гудя, ушли в сторону переправы. В лесу мерцало неясное сияние угасавших ракет. Дык, Суан и Хоа сидели молча. Не сговариваясь, они подумали о последних грузовиках из автоколонны. Не накрыло ли их бомбами там, на открытых, поросших травою холмах?..