– Спокойно, друзья, спокойно!
– чуть повысил голос Кошарский.
– Мы собрались не для того, чтобы переругаться, а для того, чтобы найти общий язык... Ведь как мы, члены Гильдии, так и наш молодой коллега Родион Березин, все мы занимаемся в сущности одним общим делом - помогаем людям. Не так ли, господин Березин?

– Не так, - усмехнулся Родион.

Тишина воцарилась мгновенно.

– Позвольте, разве мы с вами?..
– вкрадчиво начал Кошарский.

Родион открыл глаза, чуть переместился в кресле, принимая удобную позу, и отозвался равнодушным скучающим тоном:

– Вы заблуждаетесь, господин Кошарский. Я не занимаюсь общим делом с вашей Гильдией. Во-первых, я не помогаю людям, а всего-навсего зарабатываю деньги. Во-вторых, уважаемые, все вы занимаетесь этим же, но не желаете признавать этот очевидный факт. А следовательно, не может быть между нами ничего общего. В отличие от вас я не пытаюсь прикрыть коммерческий характер своей деятельности рассуждениями о благе человечества...

Все присутствующие сдержанно загудели, но Кошарский поднял руку и голоса снова стихли:

– Вашу откровенность, молодой человек, следует оценить по достоинству!

– Кошарский заговорил запальчиво.
– Но не надо смешивать глубинные мотивы, побуждающие каждого из нас к действию, с теми экономическими условиями, в которые мы все поставлены!..

– Ну так и не смешивайте, - снисходительно заметил Родион, совсем развалившись в кресле и вальяжно раскинув руки. Затейливое словоплетение Кошарского до определенной степени даже забавляло его.
– Мне недосуг копаться в ваших глубинных мотивах. Лично я добываю средства к такой жизни, которая мне приятна, и не более того. И если оказалось, что кратчайший путь к хорошим деньгам для меня лежит через мои фокусы, я не считаю нужным искать что-то еще, коль скоро это получается у меня неплохо и оплачивается прилично.

– Вы правы, ваши "фокусы" впечатляют, - сухо подтвердил Кошарский. Что же касается остального...

Кошарский выдержал паузу, а Родион лениво рассматривал кончики своих ботинок, в которых отражались яично-желтые светильники.

– Не скрою, молодой человек, - продолжил Кошарский, не дождавшись

от Родиона заинтересованного взгляда.
– Мы давно решили заняться вами и

провели определенную работу для того, чтобы поближе познакомиться с

состоянием ваших дел...

Представлял ли Кошарский, насколько смешны были его многозначительные интонации? Или он считал, что сейчас откроет Америку?

– Очень интересно!
– сдержанно фыркнул Родион.
– Бьюсь об заклад: вы остались в ваших изысканиях с носом. Мои люди неболтливы.

– Вы правы. Очевидно, что вы обильно прикармливаете их, - с некоторым заговорщицким подтекстом подтвердил Кошарский.
– Ваш импрессарио и ваш бухгалтер тверды, как северные скалы, и даже наши невинные посулы не соблазнили их выдать ваши финансовые секреты. Но материальная сторона вашего бытия, молодой человек...

– Бытие-житие...
– немного раздраженно проворчал Родион, настолько тихо, что услышал его, пожалуй, один лишь Егор.

– Что вы сказали?
– встрепенулся Кошарский.

– Ничего...
– пожал плечами Родион.
– Я вас внимательно слушаю, добавил он, делая ударение на слове "внимательно".

Кошарский был немного сбит с мысли невнятным ворчанием Родиона. Щелкнув пальцами, он вернулся к теме:

– Так вот, следствием вашей популярности стал очевидный рост вашего благосостояния. Ваши доходы вполне поддаются приблизительной визуальной оценке...

– Я не знал, что Гильдия стала филиалом налоговой инспекции, задумчиво перебил Родион.

– Ну, до этого еще не дошло...
– усмехнулся Кошарский.
– Но кто знает, возможно, все еще впереди.

– В любом случае, я на вашем месте воздержался бы от пересчета денег в чужих карманах...
– проговорил Родион с вежливой улыбкой.
– Как бы ни возросло мое благосостояние, вы зря разеваете на него рот. Делиться с вами я не намерен ни под видом членских взносов, ни под каким бы то ни было другим.

Кошарский скривился и возмущенно воздел руки к потолку:

– Великолепно!..

– Зачем надо было темнить?
– холодно осведомилсям Родион. Разговор начал ему надоедать.
– Почему бы не сказать прямо с порога: "Парень, мы считаем, что ты зажирел, и хотим по-тихому оттяпать от тебя кусочек!". На что я сложил бы вам комбинацию из трех пальцев, повернулся бы и ушел, сэкономив время и нервы..

Кошарский угрюмо замолчал, возмущенно качая головой. Сидящий рядом с ним мужчина, в миру гражданин Ханугин, а на публике Магистр академии Паранормальных явлений, наклонился к Кошарскому и принялся что-то нашептывать, бросая на Родиона испепеляющие взгляды.