– Да, он умер.

– Почему?
– испуганно всхлипнула Марта.

– Потому что у него недавно был инсульт. Он сердечник. Он сегодня себя плохо чувствовал с самого утра... Ему нельзя было давать клофелин и уж тем более вкалывать наркотик. Ты не медик и не знаешь, как реагирует организм на то вещество, которое ты ему вколола.

– Но ведь это совершенно безопасно. Я столько раз проделывала все это...

– Из любых правил есть исключения. Ты же сама мне это говорила.

– Но я не хотела его убивать!

Я почувствовала, что у Марты может начаться истерика. Мне пришлось взять себя в руки и трезво оценить сложившуюся ситуацию. Правда, меня трясло не меньше Марты, но я знала одно: если я ее не успокою, то она может разрыдаться на всю гостиницу, и тогда жди беды.

– Марта, возьми себя в руки, - сказала я спокойным голосом.
– Ты его не убивала. У него случился сердечный приступ. У него сердце больное.

– Если будут делать вскрытие, то в крови найдут наркотик. Решат, что это от передозировки...
– бормотала Марта.

– Какая передозировка?! Что ты несешь?! Ты вколола все правильно?

– Как всегда, - прошептала Марта.

– Значит, никакой передозировки нет. Просто у него прихватило сердце. Ему стало плохо еще до того, как он выпил шампанское. Вспомни, перед этим он извинился и вышел в туалет. Скорее всего, у него прихватило сердце. Он пришел бледный и вытирал пот со лба. Ему было плохо с самого утра, он же сказал. Он умер независимо от нас.

– Ерунда. Это наркотик подействовал на его больное сердце, и он умер. Это я убила его!

Я не на шутку испугалась, поняв, что Марта готова закричать.

– Замолчи, истеричка!
– разозлилась я.
– Я тебе говорю в последний раз, немедленно возьми себя в руки! Не знала, что ты такая размазня. Крутую из себя строишь. Еще пойди в милицию и напиши заявление с признанием и раскаянием в совершенном злодеянии!

– Я не хочу в милицию...

– Тогда немедленно возьми себя в руки! Он уже умер, ему ничем не поможешь, а нам с тобой надо вылезать из этого дерьма. Главное, чтобы мы были вне подозрений.

Марта покачала головой. Ее лицо стало бледным и мокрым от слез.

– Ты посмотри, на кого ты похожа?! Иди умойся.

Марта провела по лицу и удивленно посмотрела на свою руку.

– Вот сволочи!

– Кто?

– Опять с тушью надули. Такие деньги отдала. Сказали, что эта точно не потечет. Мол, самая влагостойкая. Пятьдесят баксов стоит, а растеклась по всему лицу. Не бывает вообще влагостойкой туши. Я уже черт знает какую покупаю, все равно вся течет.

Марта пошла умываться, а я, вновь схватив платок, принялась вытирать отпечатки пальцев. Затем взяла наши с Мартой бокалы и положила в сумочку. Ни к чему оперативникам знать, что в номере были трое. Стерев отпечатки пальцев в ванной, я посмотрела на бледную Марту и испуганно спросила:

– Ты в порядке?

– В порядке.

– Представь, будто мы только дали ему клофелин и сразу ушли из номера. Мы не знаем, что он умер. Сможешь это представить?

– Попытаюсь.

– Ну, нам пора.

– Танька, смотри Славке не проболтайся, а то он меня убьет. Сейчас выйдем как ни в чем не бывало и пойдем в свой номер. Посидим несколько минут и исчезнем из отеля.

– А как же чемодан?

– Чемодан оставим в номере. Я пару костюмов в пакет положу, и все.

– А как же остальное?

– Там больше приличных вещей нет. Только сверху два хороших костюма, а остальное из магазина уцененной одежды. Шестьдесят рублей килограмм.

– Понятно, - улыбнулась я.
– Чемодан жалко. Он же дорогой.

– Издержки профессии. Мы заработали сегодня намного больше, чем стоит этот чемодан. Новый купим. Я живу прямо над магазином "Товары в дорогу", ты же знаешь. Невозможно слупить пятнашку баксов, ничего не теряя. Без потерь не бывает. Представь, чтобы подумал бы швейцар, если бы увидел нас выходящими из гостиницы с чемоданом, - наш номер оплачен за три дня. Так что черт с ним, с этим чемоданом. Главное, что искать нас ни сегодня, ни завтра никто не будет. Сейчас мы с тобой выйдем из отеля. Очень много туристов рано отправляются на экскурсии, так что ничего подозрительного тут нет.

Вдруг в дверь постучали. Мы с Мартой испуганно вздрогнули и затаили дыхание. Я подумала, что еще немного - и мой организм не выдержит переизбытка адреналина. В ушах гудело, давило виски, сердце билось у самого горла. Я смотрела то на Марту, то на Мишеля, то на входную дверь. Мишель пожелтел еще больше. Пальцы на его безжизненной руке заострились и вытянулись.

Стук повторился. Марта тяжело задышала. Я втянула голову в плечи. Перед глазами все поплыло. Не хватало только грохнуться в обморок! Марта схватила меня за руку и сжала изо всех сил. Наверное, в другой ситуации я бы закричала от боли, но сейчас я просто ее не почувствовала. Я вообще ничего не чувствовала, кроме того, как сильно бьется мое сердце. На минуту мне показалось, что все это происходит не со мной. Какая-то зловещая тишина, испуганная Марта, покойник. Дурацкий сон! Вот бы проснуться, открыть глаза и понять, что на самом деле ничего нет.