В струях воды танцевали русалки,

и водяные подпевали им своими чудными голосами.

Русалочка же пела лучше всех,

и все ей были рады.

Да, ее любили больше других,

но сестры не знали ревности:

как легко доставалась ей эта любовь,

так же легко

и почти в то же мгновение

отдавала она ее тем же сестрам

и всем, кто был рядом,

и так смешно волновалась,

что не успевает...

Конечно, на королевском балу

она была первой:

что правда - то правда:

танцевала она лучше всех,

и уж каждому было ясно,

что ни у кого в целом мире нет такого голоса!

И все же мысли о бессмертной душе

не давали ей покоя.

Снова и снова вспоминала она о прекрасном принце

ведь только с ним ей хотелось быть вместе,

и только с ним она могла обрести бессмертную душу...

И вдруг отчаянная решимость сверкнула в ее глазах:

она выскользнула из дворца,

пока там пели и веселились.

***

Ведьма!

Только на ее чары оставалась надежда.

А почему бы и нет?

Ведь если бы она не жила так далеко и уединенно,

то первой красавицей здесь была бы именно она,

хотя во дворце об этом принято молчать.

Hу, уж по крайней мере она-то точно больше других

понимает в красоте.

Правда, здесь ее никто не любит,

но для этого могут быть разные причины

Путь к жилищу ведьмы лежал между бурлящими водоворотами

по черному песку.

Здесь никогда ничего не росло и не цвело.

Это была жуткая и опасная дорога.

Пробираться приходилось через пузырящийся ил,

кишащий змеями и полипами.

Осклизлые извивающиеся щупальца полипов

хватали, душили и ломали все, до чего могли дотянуться.

Взору предстали скелеты утонувших людей,

ящики, кости животных...

Hо страшнее всего было увидеть,

как была задушена маленькая неосторожная русалочка.

Дьявольский хохоток полипов сменялся тягостным стоном,

словно вся боль -порождение их жестокости

возвращалась к ним самим.

Очень захотелось вернуться назад.

Сердечко Русалочки забилось от страха.

Hо, собравшись с духом,

принцесса обвязала вокруг головы свои длинные волосы,

чтобы в них не вцепились полипы,

и, прижав к груди руки,

с величайшей осторожностью продолжала свой путь.

И вот она увидела дом из человеческих костей

и его хозяйку.

– Заходи, заходи, красавица!

Да не молчи, уж знаю, зачем пришла...

Хорошо еще, успела:

чтобы все у нас сладилось

такой день один в десять лет...

– Hо... Разве это уж так важно?

Разве не все в твоих силах?

– Так-то так, но сила-то в том и есть,

чтобы знать, в какой день какая кровь для дела годится...

Только вот что: по делу пришла - о деле и говорим.

Питье, которое я приготовлю для тебя,

ты должна будешь выпить одним глотком

все до капли, сегодня,

до восхода солнца,

сидя на берегу.

Тебя словно мечом пронзит страшная боль,

но зато твой хвост раздвоится

и прревратится в пару стройных ножек.

Тобой будут восхищаться все,

кто бы тебя ни увидел;

походка твоя будет плавной, скользящей;

ни одна танцовщица не сравнится с тобой;

но ступать эти ножки будут

как по лезвию ножа.

Каждый шаг твой будет причинять тебе нестерпимую боль,

и ты изранишь свои ножки в кровь.

Запомни: став человеком, в русалку вновь не превратиться.

Ты навсегда распрощаешься со своими сестрами и отчим домом.

Hу, как, нужна ли тебе моя помощь?

– Да,-дрожа,прошептала маленькая принцесса.

– А если принц не полюбит тебя так,

что забудет отца и мать,

и не велит священнику соединить ваши руки,

чтобы вы стали мужем и женой?

Ведь тогда ты не получишь бессмертной души!

После его женитьбы на другой