И навстречу им выплыли горы. Горы, покрытые лесом.

Сосны и березы взбегали по крутым склонам, но, вероятно не хватало им силенок добраться до вершины, взлететь на каменистый белый, ослепительно чистый гребень. И они остановились-кто почти у самой вершины, кто пониже, а другие я совсем у берега речки Кынгырги. Берег был забросан валунами, похожими на чисто вымытых спящих свиней. Кынгырга по-бурятски значит "сигнальный барабан". Она и впрямь гремит и гремит неумолчно. Резкой дробью будит и тайгу, и горы, и дом отдыха "Елочки", примостившийся в этой глуши. Его корпуса, точно светлые цветные кубики, затерялись среди, величественного сине-зелено-розового мира.

События, которые вновь сделали Кольку героем дня, начались утром. Как всегда, с пронзительным свистом он выскочил из засады-дверей домика. Как всегда, запутался в шнурках-незавязанные, они болтались маленькими черными змейками,-упал, поднялся, снова засвистел и крикнул:

– За мной!

И тогда с большой алюминиевой кружкой в руке и полотенцем через плечо выбежала из дома Милочка. Рядом со своим долговязым братом-шестиклассником она казалась совсем маленькой, хотя была всего на полтора года младше и уже перешла в четвертый класс.

По тропинке, что петляла в тайге, перепрыгивая через растопыренные корни деревьев, прячась в мохнатой, обрызганной капельками солнца-так сверкала роса!-траве, бежали Колька и Милочка к реке Кынгырге, бежали, размахивая полотенцами.

И тут из кустов-будь она проклята!-выскочила, как ошалелая, кошка и бросилась под ноги Кольке. Тот в ужасе замер, потом испуганно топнул ногой и закричал:

– Рррысь! Бррысь!!!

Милочка засмеялась:

– Мурка, Мурочка, мур-мур-мур...- позвала она. И кошка подошла и стала тереться о ее ноги.

Да, такого конфуза Колька не ожидал. К реке ему уже не хотелось бежать, но что поделаешь-с грязными руками за стол не сядешь, мама так высмеет, что и рад не будешь, И чего это все мамы только и делают, что заставляют мыть-то уши, то руки, то шею намыливай, беда. Он зачерпнул ладошкой воды, размазал ее по щекам и носу и мрачно стал чистить зубы. Зато Милочка была довольна - уж теперь-то она отыграется за все!

– А все-таки ты трус,-сказала она,-самый настоящий.

– И вовсе не трус. Просто от неожиданности.

– У тебя все от неожиданности... Трус и только. Вот ребята-то будут смеяться: Колька рыси испугался и от кошки убежал!

И тут Милочка поняла, что у нее получилась хорошая дразнилка:

Колька рыси испугался, побелел и задрожал, Колька рыси испугался и от кошки убежал!

– Ты еще дразниться!
– закричал Колька, зачерпнул в ладошки воду и вылил ее Милочке за ворот. На удивление сестра не заорала, а только вздохнула:

– Эх... А еще старший брат...

Кольке стало стыдно.

– Ну, ладно,-пробормотал он,-не сердись. Я же просто так. Просто так я...
– И вдруг разозлился снова:-А чего ты дразнишься?!

И тут Милочке пришла в голову одна забавная мысль:

– Знаешь что?
– предложила она.

– Ну...

– Я-то тебе верю, что ты смелый человек, но ребята, понимаешь...

– А что ребята? Ребята-то что?

– А ребята ведь не отстанут...

– Да они же и не узнают ничего.

– Узнают. Еще как узнают!

– Попробуй только расскажи!

– А ты не грози... Тоже мне храбрец посреди овец. Вот что я придумала. Я повешу на старой лиственнице свою косын-ку. Если ты ночью, в три часа ноль-ноль, принесешь ее, - я поверю, что ты не трус и никому-никому не скажу про Мурку. Ладно?

– Ладно,-снисходительно бросил Колька, хотя, сказать по совести, на душе сразу стало как-то муторно, как при взлете или посадке самолета.

Старая лиственница. Ей пятьсот лет! Старому городу Прибайкальску только триста лет. А в те дни, когда появился в нем первый дом, не дом даже, а малюсенькое зимовье, лиственнице было уже два века. Стоит эта древность глубоко в тайге, почти в километре от дома отдыха "Елочки" И днем-то к ней пройти нелегко-по тропинке все в гору, а ночью... Но ничего не поделаешь назвался груздем-полезай в кузов.

Колька снова наступил на собственный шнурок и растянулся под кустом черемухи. Сверху полился на него дождь прозрачных крепких капель

– Это тебе за меня!-засмеялась Милочка.- Будешь знать, как обливаться!

ГЛАВА ВТОРАЯ,

в которой рассказывается, чем заканчиваются ночные прогулки в лесу

В двенадцать часов вечера в Доме отдыха выключали свет. Помигав немного, чтобы те, кто не успел юркнуть под одеяло, улеглись, гасли фонари перед корпусами, затем в одно мгновение погружались во тьму, сливались с лесом и горами дере вянные коттеджи, и наступала тишина.