Его несло над крестообразными антеннами, над тусклыми куполами дворцов и церквей, несло вдаль от проклятого небоскреба. И раздувая волосы, ветер трепал его одежду, шлифовал кожу лица.

Резко раскинув руки, Венто стал замедлять падение. Земля, сопротивляясь, тянула вниз, но оттого только круче получилась петля. Теперь Венто возносился вверх, в черную, утыканную серебряными шляпками гвоздей бездну. И он был снова НАД ней, а небо было ПОД ним. Млечный Путь тянул к юноше бледную ладонь, а где-то далеко за спиной, гигантское веко устало прикрывало дотлевающий зрачок солнца. Венто провернулся в воздухе, описав замысловатый объемный знак. Не цифру и не букву, - нечто объемное, никем еще не придуманное. И только здесь в свистящей и укрощенной высоте, он вспомнил о потере друга. Заломило в горле, и совсем как в детстве, перед порывом безудержного плача, болезненно откликнулось сердце. Венто снова бросил себя вниз, в остужающий омут. И сверкнул в голове тот удивительный миг, когда человек замер над бездной, а он впервые ЭТО УВИДЕЛ...

* * *

Топчась возле изуродованного тела черноволосого террориста, карабинер с сержантскими лычками на погонах слепо поводил стволом автомата. Рация на боку настойчиво попискивала, но карабинер пребывал в нерешительности. Гнев начальства сродни ненастью. Как говорится, ропщи, не ропщи - толку не будет... Еще раз оглядев улицу, перекрытую цепью вооруженной охраны, сержант неуверенно взялся за рацию.

– Никак нет, господин лейтенант, только один. Люди уже отправились на соседние крыши, но такое расстояние... Нет, нет! Клянусь чем угодно, упал только один человек!.. Да нет же, не пьян! Капли в рот не брал!..

Голос из рации взорвался бранью, и сержант испуганно задрал голову. Он ничего не видел, но ему было приказано смотреть вверх. Смотреть вверх и ждать.