— Что тебе не нравится? — притворно удивлялась я. — Ты пренебрег душевной близостью ради дурацкой свободы, возвел на пьедестал некоего идола по имени независимость и заставил нас всех молиться на него. Ты не имеешь никакого права не то что выбирать за меня, но даже влиять на мой выбор, как мне жить. Я специально пользовалась твоими идеями, чтобы показать, насколько они абсурдны. Тебе ведь неприятно, что я была с другим?

— Слоненок, ты маленький глупенький слоненок! — улыбнулся Никита.

— Причем тут слоненок? — не поняла я.

— Помнишь, у Киплинга была замечательная сказка про слоника, который спас птичку. Ты и есть тот самый добрый слоненок. Как ты не можешь понять, что я буду только в том случае счастлив, если ты тоже будешь счастлива. А ты ведешь себя неэстетично, делаешь себе плохо и очень меня этим расстраиваешь.

Я почувствовала, что мне нет и не будет места в его жизни, а только в сказке…

— А ты помнишь, как сказал твой любимый Ричард Бах: "Противоположностью одиночеству является не совместная жизнь, а душевная близость." И хотя я живу с вами, но в то же время я чувствую себя так, как будто я в пустыне."

Зазвонил телефон. Дина не стала брать трубку, увидев что прошло уже пятнадцать минут. Девушка вышла из квартиры, закрыла дверь на ключ и сбежала вниз по ступенькам. а сегодня никаких дел у нее не было, но Никите, вежливо улыбнувшись, она сказала:

— Извини, я уже обещала быть в другом месте. Встретимся как-нибудь в другой раз.

Никита подумал, что еще успеет на встречу с Анютой, и в спешке вышел из машины, неплотно закрыв дверцу. Дина дотянулась до нее сама, хлопнула со всей силы и, не оглядываясь, поехала по скользкому, мокрому и пустынному проспекту, уводившему ее в неизвестном направлении…