Я присвистнул. Вот это новость.

– Тебе не кажется, что почерк групп очень уж похож на почерк группы "Тень"?
– с усмешкой посмотрел на меня Острогин.

– Похож. Даже слишком.

– То есть мы имеем теневую "Тень"?

– Не совсем. Подготовка классная. Пленник, которого мы взяли, хорош. Реакция, подвижность.

– Не трать попусту слова. Он был подвергнут инициации резервов?

Я помолчал. Потом кивнул.

– Был.

Ну вот. Сказано то, в чем мне не хотелось признаваться даже самому себе. И я, и "Эверест" знали, что инициацию мог провести только Фауст.

– Пленник погиб, увидев эту фотографию?.. Острогин положил на стол фото Фауста.

– Да.

– Теперь я скажу тебе то, чего не говорил.
– Острогин по привычке крутил сигару. Она распотрошилась под напором его пальцев. Нервы у моего начальника разболтались...
– Не так давно прошла достоверная информация, что Фауст появился вновь.

– Ничего себе.

– Никто не видел Фауста мертвым. Он просто исчез. И вот возник вновь.

– А когда пошли акции неизвестного противника, почерк которого походил на наш, вы решили, что продавшийся неизвестно кому Фауст по старой памяти привлек к своим черным делам "Тень".

– Признаюсь, такие мысли посещали нас.

– Когда расхлопали группу Симонова, вы решили подключить к расследованию нас. Ваши аналитики просчитали каждый наш шаг, чтобы убедиться: "Тень" работает на врага. Вы надеялись, что сумеете обыграть нас и выйти на нашего босса. Да?

– Все ты понимаешь. Мне даже необязательно напрягаться и что-то говорить.

– Законченное свинство!

– В нашей работе существует такой термин? Нет.

– Пока вы играли с нами в игрушки, другое подразделение "треста" работало по проекту "Зеркало Тролля". Не так ли?

– Откуда узнал?
– насторожился Острогин.

– "Лобачевский" еще три дня назад понял, что ваши гении водят нас за нос. Скрывают информацию. Они должны были вычислить несколько носителей, на которые наткнулся "Лобачевский". Если не сообщили нам о них - значит, водите за нос.

– Молодцы.

– Что установила та группа?

– Ничего. Мы потеряли еще двоих оперативников. И не достигли ничего.

– Идиоты... В "тресте" все помешались.

– Идея затеять с вами игру принадлежала Лукницкому. И тем, кто стоит за ним. Я же вам верил...

– У нас нет такого термина - верить, - хмыкнул я.

– Издеваешься.

– Если бы вы с самого начала дали нам всю информацию, сколько бы людей остались живы. Мы бы уже раскрутили дело... Итак, доверие восстановлено. Правильно?

– Почти. Честно говоря, у меня нет другого выхода, как окончательно довериться тебе.

– Ладно. Надо работать.

Я ударил по столу, на котором лежала фотография Фауста.

– Откуда вообще взялся Фауст?

– Если бы знать, - отмахнулся Эверест.
– В его личном деле понаписано много всякой чепухи и ни слова правды. Он появился неизвестно откуда. И ушел туда же. Вытащил его из неизвестности заместитель председателя КГБ Лапин. Ныне покойный. Так что даже у него не можем спросить.

– Неужели в КГБ мог проникнуть человек без прошлого?

– Как видишь. Мне Фауста дали в восемьдесят пятом, когда решено было создать "Тень". До этого он участвовал в акции ЛГУ за рубежом. По-моему, в Англии и Италии.

– Что за акции?

– Не знаю, - развел руками Острогин.
– Вся информация о них уничтожена.

– Не может быть. Просто в СВР не хотят с нами делиться, несмотря на все правила.

– Я тоже так думал. Поэтому подключил еще кое-какие каналы. Информации об этих акциях в архивах нет.

Не доверять мнению Острогина нельзя. Он без труда проникает в такие кладовые госсекретов, куда не пустили бы и Президента России.

– Что делать-то дальше?
– спросил Острогин. Он действительно не знал, что теперь предпринять.

– Мне нужна вся информация, которую вы от нас скрывали.

– Без вопросов.

– И нужно еще разок побеспокоить СВР. Был ли у них на связи агент Кармен.

– Сделаем...

"Московский комсомолец".

"БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА РЕКЛАМНЫХ ФРОНТАХ

Последние дни ознаменовались великим мором на деятелей видео- и рекламного бизнеса. Он унес пятнадцать человек. Главный менеджер фирмы "Камилла" господин Ваксберг выпал из окна собственной квартиры на Мосфильмовской. Директор агентства "Шарм" Людмила Корсакова попала в автокатастрофу. Один из деятелей видеобизнеса скончался от сердечной недостаточности. Еще пятеро были зарезаны, застрелены, задушены. Остальные просто исчезли, не оставив следов. Похоже, по опасности работа в рекламе приближается к труду летчика-испытателя или грузчика радиоактивных отходов. Если, конечно, это не происки лубочных патриотов и потомков Ильича, борющихся с "западнической заразой и развратом", то идет передел сфер влияния в рекламном бизнесе. К такому выводу склоняется милиция, как нам стало известно от одного из заслуживающих доверия источников в ГУВД Москвы. Милиция, как всегда, в раздумье. Сезон охоты открыт, закрывать наши доблестные правоохранительные органы его не собираются. Не ходите девки в модели!.."