– Давно не виделись, - сказал Сташко.

– Давненько. Все пашу.

– Капитал куешь?

– А что нам, буржуям, еще делать прикажешь? Кую... Что ты можешь сказать о бригаде Каратиста?

– Зверинец. Редкие подонки. Каратист - Малютин Виктор Сергеевич, 65-го года рождения, чемпион России по кикбоксингу. Бригада из качков и уголовников. Активно расчищают место под солнцем. Ходят где хотят, мочат кого хотят. Вон, офис фирмы "Меркурий" расстреляли, восемь трупов, из них один ребенок. Еще масса мокрых дел.

– Ясно. Нетопыри. А где родная московская краснознаменная милиция?

– Родная московская краснознаменная милиция взяла бригаду в разработку.

– Круто. Задержите пару шестерок за незаконное хранение оружия, дадут им аж года по два условно.

– Ты же не ребенок. Сам знаешь, какие ныне суды. Какие законы. Как много значат деньги.

– Завтра мне нужны все материалы, которые у вас есть по Каратисту. Сделаешь?

– Куда я денусь?

Сташко передал мне две дискеты.

– Просмотри. Потом уничтожишь.

– Не учи ученого, - отмахнулся я.

– И еще. У них сходняк на загородной даче послезавтра.

– Ваша наружка будет выставлена?

– Нет. Людей не хватает. Чего мы там нового увидим?

– Хорошо, - кивнул я, засовывая пакет в портфель.
– Молодец, все знаешь.

Действительно, Сташко знал немало. Как и положено заместителю начальника регионального управления по оргпреступности...

Батюшки светы, кого только не было на выставке! Мордатые синие английские кошки, тонкие и аристократичные среднерусские, белые ангорцы. Когда Господь создавал

кошек, он был в наилучшем расположении духа. Никого изящнее он не сотворил.

Перед началом конкурса я увидел чету Васильченковых. Лица у них были угрюмые. Я счел своим долгом поинтересоваться:

– О чем кручина, Слава?

– Понимаешь, Стас, тут с Мурзилкой такая беда стряслась, - прошептал заговорщицки Васильченков.

– Что такое?
– испугался я. Вроде жив Мурзилка. Вон, гладит его Алена пушистого черного перса.

– Самый лучший шампунь купили. Вымыл я его. И, представляешь, грудка побелела. За окрас высший балл может нам только сниться.

– Где побелела?
– спросил я.

Алена оглянулась затравленно и негромко произнесла:

– Мы его тушью замазали.

– Теперь боимся, как бы жюри не заметило.

– Да, незадача... По-моему, не слишком видно.

– Правда?
– с надеждой спросил Славик, встряхнул в руке Мурзилку, как шкуру.

– Клянусь...

Подделку в окрасе судьи не заметили, и Мурзилка получил высокий балл. Недаром и я драил Матьку всеми видами шампуней, вычесывал, приводил в порядок. Свое первое место за очарование мы все-таки заняли... Матька лежит, вытянувшись на заднем сиденье, лениво приоткрывая глаз, когда машина тормозит или набирает скорость. Я остановился перед светофором и почесал Матьку за ухом. Она потянулась, выпустила когти. Все-таки лучше сибирских кошек нет. Куда до них английским и персидским заморским штучкам: Сибиряки - само достоинство. В Сибири их даже не называют кошками, а уважительно именуют зверями.

Матька беззлобно тяпнула меня за руку и вновь задремала. Я подкрутил веньер радио. Дикторша бодрым голосом сообщала последние известия - сюрреализм середины девяностых. Опять Чечня. Опять Сербия. Мир пылает пожарами. Курс доллара остался на вчерашнем уровне. Забастовка шахтеров - обнаглели, зарплату за три месяца требуют. Рост экспорта нефти... Так, а вот это интереснее.

"Очередное сведение счетов между криминальными группировками произошло вчера в Подольском районе Московской области. Неизвестные преступники расстреляли из автоматического оружия семнадцать человек, собравшихся в одном из домов. По информации нашего источника в МВД, погибшие принадлежали к банде некоего Малютина по кличке Каратист. Сам Малютин погиб. В тот же день в других местах были расстреляны еще четверо активных участников группировки. Милиция считает, что имел место раздел сфер влияния в преступной среде. Малютин известен как один из наиболее жестоких и непримиримых "авторитетов" московского уголовного мира..."

Ну что к этому можно добавить? Действительно жестокий, непримиримый. Он прожил на две минуты дольше остальных. Это время он потратил на то, чтобы ползать на брюхе, пытаться целовать ботинки своих врагов и слезно умолять о пощаде. Горыныч разрядил в его голову пистолет. Умер Каратист как последняя скотина, вмиг превратившись в жалкую, дрожащую тварь. Честно сказать, я такого не ожидал.

Теперь главные заботы позади. Банда Каратиста уже не проблема. С кошачьей выставкой разобрались. Можно отдохнуть. Больше всего в жизни люблю валяться на диване, гладить Матькино пузо и смотреть по видику "Белое солнце пустыни" и "Осенний марафон". Надо отметить, я неплохо устроился. Оказывается, русский коммерсант высокого полета может на определенном этапе ни шиша не делать. И все восемнадцать подставных фирм, входящих в нашу систему, будут работать сами по себе, преумножая благосостояние. Деньги идут к деньгам...

На моей руке заныл, запиликал, загундосил ручной спутниковый коммуникатор, вмонтированный в часы, - чудо техники. Как кувалдой по хребту. Кто другой на моем месте вздрогнул бы, а то еще невзначай крутанул руль не туда и поцеловался бы с несущимся навстречу "икарусом". Только не я. Внешне реакцию на неожиданность я не проявляю никак. Тут и детектор лжи не поможет. Пульс, давление, потовыделение - все в норме. Вот только в душе на миг все перевернулось и сжалось. Но кто ее взвесил, кто приделал к ней датчики - к душе?