Родная планета оказалась для них слишком далекой.

Конечно, надежды у них было мало - так, какая-то сотая, тысячная, а может, и меньшая доля вероятности.

: В кольцевом коридоре, идя на дежурство, Ирек по привычке взглянул в иллюминатор: все так же в скучной темноте светились крупные и мелкие звезды, а знакомый пейзаж Луны казался свалкой разломанных геометрических фигур и плоскостей, проткнутых остриями скалистых пиков. И вдруг ее исковерканная поверхность вызвала у Ирека удивительно отчетливую ассоциацию - разбитый корабль, медленно плывущий где-то за окраинами солнечной системы.

Он видел, как спиральная антенна или что-нибудь еще, что там у них, у пришельцев, принимает радиограмму на родном языке. Вновь щелкают и гудят заиндевевшие машины, окруженные звездным вакуумом, и записывают последнюю передачу. Ирек представил себе, как это произойдет: звездолет будет идти три месяца к неизвестному кораблю, и экипаж будет считать не дни, а минуты. И они с Андреем тоже. Потом со звездолета туда перейдут спасатели, которые впервые не будут знать заранее, кого же они должны спасти.

Самое интересное в этой истории было то, что расшифровка электронного мозга была подвергнута сомнению. Да, человек дал свой вариант событий: Ирек и Андрей знали: призыв о помощи мог означать попытку контакта. Не более. Разве не характеризует немедленный ответ - словом или делом - на радиограмму уровень тех, кто ее принял? И не только уровень, но и характер их цивилизации, их отношений к другим, к иному разуму, наконец: И разве можно придумать лучший способ для этого?

Скоро все выяснится. Когда звездолет приблизится к неведомому кораблю, корабль понесется навстречу потомкам, чтобы заставить их задуматься над жизнью.