Карл улыбнулся и кивнул, немного нервно и смущенно:

– Согласен.

– Какие-нибудь вопросы?

– О, ну...
– Карл перевел взгляд на конструкцию в углу, или что там еще находилось под брезентом.
– А ничего, если я передвину ту штуковину вон туда? Тогда все это пространство полностью освободится. Это было бы замечательно.

Мама подошла к конструкции, подняла и откинула наверх угол брезента. Под ним лежали ровно распиленные, чуть изогнутые по длине доски и искусно выпиленные деревянные ребра.

– Похоже на лодку, - сказал Карл.

Мама ответила не сразу. Казалось, при виде этих несобранных деталей она мысленно перенеслась в другой мир. Глаза ее снова наполнились слезами.

– Я лучше пойду в дом. Куда ни посмотрю, всюду вижу Папу...
– Она повернулась и направилась к выходу, закрывая лицо ладонями.
– Приходи, когда освободишься, мы займемся переездом.

– Прости. Я не хотел...

– Все в порядке.
– Мама остановилась, снова повернулась к Карлу и, вытерев слезы, сказала прерывающимся голосом: -Я хочу, чтобы ты работал здесь. И Папа тоже этого хочет. Я знаю.

Она скрылась за дверью. Карл стоял в растерянности, не зная, что делать дальше. Наконец он услышал, как открылась и закрылась задняя дверь дома. Теперь бабушка была в безопасности. У себя дома.

"Что она за человек?
– подумал Карл.
– Что за человек был дедушка?
– Потом он усмехнулся.
– Что за человек мой отец?"

Он протянул руку и дотронулся до одного из ребер лодки. И очень долго не мог отнять от него ладонь.

В понедельник утром, между десятью и часом, Джон поставил машину на закрепленное за ним место на автостоянке возле здания телестанции, набрал комбинацию цифр на кодовом замке входной двери и вошел в недра студии Шестого канала Городского телевизионного агентства новостей и информации. Поднявшись на один лестничный марш, пройдя через стальную дверь и по коридору прямо, он оказался в отделе новостей.

– Привет, Джордж.

Джордж Хайями - редактор информационного бюро - помахал со своего места за стоявшим на возвышении длинным столом, мимо которого проходили все люди, направлявшиеся в отдел новостей. Со стороны отдела этот стол напоминал стойку в закусочной, высотой по грудь, где Джордж, Руфь Саттон и Дайана Бувьер обслуживали заказчиков в согласии с постоянно обновляющимся меню свежих новостей. Бюро - как называли это место сотрудники отдела - во многих отношениях являлось единственным окном в безоконном зале: здесь находились глаза и уши студии, следящие за событиями во внешнем мире. Из расположенных в левой части стола радиоприемников, настроенных на частоту полиции и пожарной службы, доносились несмолкаемые голоса диспетчеров, выехавших по вызову пожарных и направлявшихся на задание полицейских. В левой задней части бюро размещались телефоны и рации, с помощью которых отдел поддерживал связь с репортерами, находящимися в сфере действия раций и сотовых телефонов или (когда все прочие средства связи оказывались недоступными) в пределах досягаемости обычных городских телефонов. Под столом у стены лежали в проволочных контейнерах свежие городские газеты, а также "Уолл-Стрит Джорнал","Нью-Йорк Тайме", "Лос-Анджелес Тайме" и "Вашингтон Пост" - уже рассортированные, сложенные, с выделенными заголовками и раскромсанные на вырезки. На стене за столом висели большие карты центральной части города, города с пригородами, округа и штата, к которым в любой момент могли обратиться дежурные редакторы, чтобы объяснить репортеру, где происходит то или иное событие и как лучше туда добраться. На столе под картой лежали выданные компьютером сообщения из разных информационных агентств: "Юнайтед Пресс Интернэшнл", "Ассошиэйтед Пресс" и "Рейтере". На противоположном конце стола сидели за компьютером Джордж Хайями и Руфь Саттон, отсеивая и отбирая материал из информационного листка "24 часа" - разноцветной компьютерной распечатки, представляющей перечень последних событий с указанием места, сведений о том, какие происшествия уже освещаются и кем, кто сегодня работает, кто болен, кто в отпуске.

Джон взял копию распечатки, отражающей состояние дел на полдень, и, быстро пробежав ее глазами, сразу получил представление о том, что где произошло и какие сообщения могут пойти в выпуск.

У! ("У!" означало убийство) БРОКВИЛЬ - тридцатитрехлетняя Кора Энн Бэйли найдена дома мертвой. Обнаруживший тело друг покойной считает, что она была задушена. Полиция не уточняет причину смерти.

ЗАГОВОР С ЦЕЛЬЮ УБИЙСТВА - в Гринпорте арестовано несколько подростков, замышлявших убийство своих родителей.

Т! ("Т!" означало найденное тело) ДИЛЛОН-ПАРК -в воскресенье (в воскресенье сообщение не поступало) найдено женское тело. Явное самоубийство.

АК! ("АК!" означало авиакатастрофу) МАНИЛА - сегодня обязательно нужно привлечь к этому делу Сауткота. Компания "Бецсон-Дайнэмикс", конечно же, отделывается обычными туманными фразами. В прошлом году Сауткот сообщал об аналогичных проблемах с двигателем.

П! ("П!" обозначало пожар) РАЗНЫЕ - пара сильных пожаров в воскресенье, хороши и видеоматериал с места происшествия. Яхта на озере Свейз. Причина? Зрительские трибуны на Саммсрвильском стадионе сгорели в результате умышленного поджога.

И так далее. Всего три страницы. В выпуск пойдет не все, но Джон всегда находил широкую подборку информационного материала чрезвычайно интересной, особенно в сравнении с конечным сценарием вечерних новостей.

Он сел за свой стол в задней части зала и включил компьютер. Появившийся в верхнем правом углу монитора маленький мигающий символ, изображающий почтовый ящик, означал, что ему пришло какое-то сообщение. Конечно, речь шла не о реальном почтовом ящике, а о сообщении, пришедшем по электронной почте. Джон вызвал свой "почтовый ящик", чтобы получить почту.

Да, сообщения - и много. Целая куча. "Мысленно мы с тобой, Джон". "Прими наши глубокие соболезнования в этот тяжелый час утраты". "Не падай духом, держись и помни: ты первый". "Благослови тебя Бог, Джон". "Выражаем наши соболезнования тебе и твоим близким".

О! А вот сообщение от Лесли Олбрайт: "Джон, прими мои искренние соболезнования. Пожалуйста, подойди ко мне поговорить. Я должна объясниться и извиниться перед тобой запрошлую пятницу. Лесли".

Ну вот, видишь. Джон сглотнул слезы, тепло улыбнулся и набрал общее ответное сообщение на все подключенные к офисной сети компьютеры: "Большое спасибо всем за добрые пожелания и поддержку в это тяжелое время. У нас отличная команда. Благослови вас Бог".