— Именно. После того, что они сотворили с городом вчера, не думаю, что у населения будут какие-то моральные возражения. Когда эти выродки заявятся, мы обрушим на них наши собственные зажигалки.

— Проблема в том, — Реллстон перестал улыбаться, — что их все равно больше, чем нас. И у них нет женщин и детей, на которых уходят продуктовые запасы. — Главнокомандующий встряхнулся и встал. — Пора. Они скоро пойдут в наступление.

Страйк забрался на стену, с которой открывался вид на лагерь Хоброу. Уни стояли на коленях. Сам Хоброу находился на возвышении, с воздетыми руками. Но легкий соленый бриз относил его слова, так что Страйк не разобрал, что он говорит. Одно было ясно: ничего из сказанного проповедником не сулит ни оркам, ни Поли ничего хорошего.

А потом предводитель Росомах увидел своих офицеров. Те яростно о чем-то спорили. Хаскер жестикулировал, Коилла, по-видимому, пыталась его успокоить. Завидев Страйка, они ринулись к нему. Даже сейчас Поли перед ними расступались, образовывая широкий проход.

Спустившись со стены, Страйк приблизился к ним. Все офицеры заговорили одновременно.

— Ну-ка, заткнитесь! — прикрикнул он. — Меньше всего мне надо, чтобы вы сейчас начинали свару. — Он бросил взгляд на усыпанную обломками и пеплом хижину. — Пошли внутрь. Нам надо поговорить.

Элфрей через щель в стене следил за обстановкой, тем временем остальные Росомахи собрались в завешанных паутиной сенях.

— Совершенно ясно, — спокойно и уверенно начал Страйк, — что городу не устоять. Половина населения не может сражаться, а у Хоброу нет недостатка в подкреплениях. Ваши предложения?

Росомахи переглянулись.

— Будем сражаться, — сказала Коилла. — Что еще?

— Вот именно. Что еще? — фраза Страйка повисла в сумраке.

Джап медленно произнес:

— К чему ты клонишь?

— К тому, что мы могли бы просто оставить их, как есть. Занятые дракой друг с другом, люди не найдут времени преследовать еще и нас.

— То есть мы, воспользовавшись суматохой, просто возьмем да и слиняем? — уточнил Хаскер. — Мне подходит.

Коилла прошипела:

— Так нельзя! Если бы не Поли, наша игра против Хоброу была бы стопроцентно проиграна. Мы не имеем права покинуть их в такой момент.

— Подумайте вот о чем, — продолжал настаивать Страйк. — Я знаю, что Поли сейчас наши союзники. Но что, по-вашему, случится, если звезда попадет в руки людей Хоброу?

Джап вскочил на ноги.

— Да наплевать на эту звезду! — разгневанно воскликнул он. — У нас уже есть четыре, не хватит, что ли? Или ради этих звезд надо все послать к черту?

Страйк бросил на дворфа горящий взгляд:

— Сядь и закрой рот! Разве тебе не ясно, что звезды обладают могуществом? Если на них наложит руки Хоброу, это могущество перейдет к нему.

— Или так, — произнес со своего наблюдательного поста Элфрей, — или они уничтожат инструмент. Но вероятность нашей гибели повысится, если мы пойдем против Уни в чистом поле. Кроме того, я никогда не испытывал желания предавать тех, с кем бок о бок сражался.

— Слушайте, — произнес Хаскер, когда надутый дворф вернулся на свое место в круге, — они ведь всего-навсего только люди, верно? Отлично, они нас приняли, дали нам еду и кров, но они нуждаются в нас больше, чем мы в них. Если бы было наоборот, они бы просто отобрали у нас все, что им надо, и даже не подумали бы нас благодарить. Вы знаете, что я прав. Такова человеческая природа.

Коилла все это время раздумывала над тем, что может крыться за словами Страйка.

— Ты принял решение забрать звезду и удрать? Страйк кивнул:

— Скажем так: сейчас мы остаемся и будем сражаться. Но потом, при первом же удобном случае, возьмем звезду и под покровом ночи уйдем.

Один за одним они соглашались, некоторые с большей неохотой, некоторые с меньшей. Самым недовольным был Элфрей, но даже он понимал, что шансы Рафетвью устоять очень невысоки.

Стараясь подавить свое собственное чувство вины, Страйк произнес:

— Коилла? Ты побывала в храме. Как думаешь, ты могла бы выкрасть звезду?

— Если понадобится, я сделаю. Вряд ли это будет слишком трудно. В конце концов, сейчас они заняты осадой, так что у них нет времени охранять храм.

— Послушайте! — Элфрей не выдержал и покинул свой пост. Он смотрел прямо на Страйка, и в глазах его сверкали искры гнева. — Значит, мы отсюда умотаем? А что ты планируешь делать с орками, которые к нам примкнули? Ты ведь не собираешься бросить их здесь на произвол судьбы? Я спрашиваю, поскольку не могу поверить, что Страйк, которого я знаю, на подобное способен.

— Нет, Элфрей, я не намерен их здесь бросать. Я — орк, а орки не бросают своих. Не беспокойся, мы дадим им знать.

— Я не беспокоюсь, — отвечал старый капрал. — Я просто никогда никого не обманываю, вот и все.