— Да, да!

— Но все остальное — мой тебе подарок. И чтоб наши родители были довольны и счастливы.

— Родители узнают, скажут, откуда у Марины столько денег? А? — в свою очередь спросила Карина.

— За счет ресторана, скажем. Да мало ли что можно придумать!

Где и сколько Марина собиралась брать денег, никого уже не касалось. В голове её было много планов и расчетов, и все они были позитивными. Марина умело трезво смотреть на вещи, а значит, знала что делала.

День свадьбы выдался слегка морозным и солнечным. Гости уместились в четырех машинах.

Прическу невесте делала Маринина парикмахерша, а макияжем сестры занималась сама Марина. Естественно, все гости в один голос восхищались красивой парой.

Марина была прирожденный стилист. На лице сестры она «нарисовала» свое лицо — Марина мечтала видеть сестру такой, какой она представлялась самой себе в день своего главного торжества. И платье Карины было великолепным. Марина и портниха, которой она полностью доверяла, учли все: и что невесте должно быть комфортно и сидеть и стоять, и чтобы её едва заметная беременность, которую, к счастью, Карина переносила легко, а потому не боялась особенно переутомиться на свадьбе, не бросалась никому в глаза. Сестры были немного суеверны, а потому никто, кроме самых близких друзей и родственников, не должен был раньше времени знать о том, что Карина ждет ребенка. И не то чтобы кто-то специально захотел её сглазить, просто чтобы было спокойнее. Узнают, когда придет время, когда малыш родится… Сейчас свадьба, а остальное никого не касается.

Поэтому платье было легким, воздушным. Прозрачный газ, никаких рюшек и обруча на подоле, никаких бантов и пластмассовых висюлек и стразов. Длинное, летящее, нежное.

Марина долго рассматривала у портнихи журналы мод, а затем переключилась на книги по истории костюма, из которых её портниха, которая шила параллельно и для театральной мастерской, часто черпала полезную информацию. И Марина нашла, вернее, сама составила платье на основе костюма средневековой дамы. Портниха тоже загорелась этой идеей, модернизировала все то, что приглянулось Марине, сделала несколько эскизов — и Карина только ахнула.

— Такая красота, да вы что! — только и смогла произнести она. — Может, что-нибудь попроще? Я не привыкла. Да как же я буду в этом?

— Вот так и будешь, — ответила ей Марина, — это получится не помпезно, без всяких претензий, не волнуйся. Ты должна быть самая красивая, и тебе именно такое платье идет.

И Марина в шутку нарисовала платье и на себя: что-то такое пышное, с буфами, с невероятных размеров кринолином, в перьях и с длиннейшим тяжелым шлейфом.

— Да ладно, — засмеялась Карина, — придумаешь тоже. А фата зачем мне такая длинная? Завернуться можно.

— Вот и заворачивайся на свадьбе, когда все гости надоедят, посоветовала Марина.

Увидев невесту в день свадьбы, Валера чуть дара речи не лишился платье ему, конечно же, раньше времени не показали. В наряде невесты было учтено все, даже белая песцовая шуба, что подарили Карине Валерины родители, была принята Мариной (которая быстро все сумела пронюхать) в расчет, а потому лежала на плечах невесты удобно и уместно. Поэтому Карина могла долго гулять по улице, не мерзла и не просилась в машину.

Радостно светило ноябрьское солнце, когда Каринина свадьба приехала на Воробьевы горы, жених с невестой просто блистали среди прочих свадебных пар. И даже шикарные кавалькады дорогих машин, разряженные чужие гости и прочие спецэффекты не могли их затмить.

— Кариночка, мы так рады за тебя, так рады, — только и говорили мама и папа.

Родители действительно не могли представить себе такого блеска. Они радовались, что выдают свою дочку в Москву, но чтобы такое… В их маленьком скромном городке, где практически не работали заводы, люди не получали денег. А уж когда свадьба приехала в «Сакунталу», куда подтянулись и все остальные приглашенные, мама, тетя и бабушка не выдержали и расплакались.

— Мама, ну что же вы плачете, — бросилась к ним Марина, — веселиться надо! Праздник у нас!

— Да, доченька, да, — сквозь слезы бормотала мама, стыдливо отворачиваясь от всех и вытирая глаза платочком, — откуда же только все такое, такое…

— Работаем мы, мама, — ответила ей Марина.

Свадьба удалась на славу. Карининой свидетельницей была Наташа Орехова, Валериным — его хороший друг. Однако каково же было удивление родственников, когда в загсе выяснилось, что свидетели-то в принципе и не нужны. Им не предложили даже расписаться.

— Такие теперь порядки, — ответил Валерин свидетель, — ладно. Мы на самой свадьбе оторвемся.

Он неустанно веселил всех, сыпал шутками, играл на гитаре и пел куплеты, танцевал со всеми гостьями, братался с папами, дедушкой, так что все пожилые участники свадьбы не могли на него нарадоваться.

— Мариночка, смотри, вот и тебе жених хороший, — указывая на веселого свидетеля, шептала Марине бабушка, — какой парень замечательный. А, Мариночка? Тебе нравится?

Марина только отшучивалась в ответ.