Юному гонцу ситуация не казалась столь безвыходной.

– Но ведь ты, мудрый всезнающий жрец, можешь бросить пергамент мне за пазуху. Мой туго затянутый пояс не позволит ему выпасть раньше времени. А через время, которое ты мне укажешь, я попросту развяжу его, и пергамент упадет к моим ногам.

– Ты не учел, воин Камбиза, - усмехнулся Пирхум, - что при этом талисман коснется твоего голого тела, и тогда он неминуемо потеряет силу.
– Заметив, что лицо перса приняло обиженно-беспомощное выражение, Пирхум продолжил.
– Не отчаивайся, выход есть, и я подскажу тебе его. Я вложу этот пергамент в твою сумку, а ты перед наступлением сумерек или даже раньше, выбросишь ее сместе с содержимым. Надеюсь, это не доставит тебе больших затруднений.

Гонец задумался. Затем на лице его появилось хитрое выражение, как у тамкара, увидевшего в своей лавке покупателя с поясом, набитым серебряными и свинцовыми брусками.

– Твой совет хорош, мудрый жрец! Вот моя сумка!

Содержимое курьерской сумки нельзя было извлечь, не взломав при этом печати наместника, но в нее можно было вложить аккуратно еще не один скатанный тонкой трубочкой пергамент, подобный тому, какой был в руках Пирхума. Жрец принял из рук перса сумку и без особых затруднений опустил в нее свое послание царевичу, но когда письмо исчезло в чреве сумки, кровь ударила в голову Пирхума и сердце учащенно забилось. Он вспомнил, что встреченный им гонец направлялся к воротам Бела.

– Послушайте меня, воин Камбиза, не гонец ли ты нашего наместника? слегка заикаясь от волнения, спросил Пирхум.

– Ты не ошибся, мудрый жрец, - ответил перс.
– Уже полгода, как я приставлен к нашему наместнмку.

– И по какой дороге направишь ты сейчас своего скакуна?

– В сторону города Опис. Но почему это интересует тебя?

Пирхум облегченно вздохнул, тяжесть упала с его плеч.

– Но в таком случае, каким образом ты оказался в Новом городе, у ворот Бела? Ведь насколько я понял, твое донесение должно отправиться в Сузы, а через ворота Бела дорога идет на запад, в сторону Ханаана! Быть может письмо предназначено Камбизу?

– Нет, мудрый жрец, письмо это отправится в стольные Сузы. Ты соизволил спросить меня, почему я оказался в Новом городе. Я отвечу, хоть причина может показаться тебе малоубедительной. Сегодня днем я должен был встретиться с одной девушкой с Улицы горшечников, и поэтому торопился предупредить ее, что только вечером смогу освободиться, когда выполню поручение наместника. Девушка горда и знает достоверно, что только встречи с нею помогают мне бороться с тоскою по родине, и не явись я вовремя на свидание, в отмеску она могла бы целый месяц избегать меня, терзая этим мое сердце!

– Тогда торопись, воин Камбиза, ты и так изрядно задержался. Но бойся вызвать гнев наместника... И помни, что боги на твоей стороне: менее чем через час ты передашь сумку другому курьеру, и тогда тебе ничто не грозит вплоть до возвращающей детство старости. Так поспешай же, воин великого Камбиза! Перс приосанился, поправил пояс и разгладил складки одежды.

– Я никогда не забуду об услуге, которую ты мне оказал сегодня, великодушный жрец! Отыскав меня в любое время дня и ночи, ты можешь потребовать от меня любое вознаграждение, и я буду в твоем распоряжении. Слово перса нерушимо, как гранитная скала.

...Проводив гонца за ворота храма, словно тот был одним из самых почетных посетителей, Пирхум вызвал к себе надсмотрщика над рабами.

– Успел ли ты разглядеть этого персидского воина?
– обратился к нему священнослужитель.

– Если понадобится, я сумею отличить его от тысячи других!

– Я ненароком выболтал ему сегодня очень важную тайну и теперь нить моей жизни в его руках. Поскольку его язык может принести мне и храму много неприятностей, перс должен умереть, и не позже, как сегодня ночью. Надеюсь, ты еще не разучился метать остроотточенный нож, как делал это в молодости?! Ты выследишь его сегодня вечером, когда он покинет казарму и отправится в город. Перс простодушен и доверчив, и тебе не доставит труда заманить его в укромное место за городской стеной, где нет любопытных глаз и где можно быстро и незаметно сбросить безжизненное тело в волны реки. Вот тебе деньги, купишь на них нож, которым не поднимающие глаз разделывают рыбу перед посолом. И запомни: нож должен остаться в теле перса. Когда его выловят в реке, нож наведет на ложный след. Ты все понял?

– Да, мой господин.

– Тогда ступай. Если оправдаешь мое доверие, завтра же получишь свободу. И ты, и твои дети!
– увидев, как заблестели радостью глаза лидийца, жрец понял, что уже никто в мире не сможет предотвратить смерть гонца...

Ни для кого из великих Персии не было секретом, как сильно любит Бардия, если не сказать боготворит, своего старшего брата Камбиза. Еще в дни своей безмятежной юности царевич следовал за ним повсюду, когда это позволяли обстоятельства и неусыпные наставники, порою досаждая Камбизу своим присутствием, но не замечая этого. Предложи кто-нибудь Бардии превратиться в тень брата и тот согласился бы незамедлительно и не раздумывая, готовый на что угодно, лишь бы никогда не разлучаться с ним. Некоторые проявления этой пылкой братской любви были непонятны для взрослых, и с их точки зрения безрассудны: не раз в детстве упрашивал Бардия своего старшего брата, чтобы тот уступил ему уже ношенный нательный хитон. И когда недоумевающий Камбиз уступал настойчивым просьбам, радости Бардии не было предела, и он долго не менял одеяний, издававших так полюбившийся ему запах брата. С уходящими в вечность годами чувство это не ослабевало, и все оставшиеся в Персиде, не участвовавшие в походе Камбиза великие знали, как тяжело переживает сейчас царевич продолжительную разлуку со своим братом.

Быть может, единственный, кто не замечал этой любви, или принимал ее как должное был не способный ни понять, ни испытать подобное чувство, привыкший к угодливости и раболепию окружающих первенец Кира, наследник престола, властный Камбиз.

Став царем и собираясь в поход на Египет, он не взял с собой Бардию, несмотря на его неоднократные просьбы, оправдывая свой отказ тем, что оба сына Кира не должны одновременно подвергать себя опасности. Ведь войско фараона многочисленно и достаточно сильно, и все может случиться...