Арчи хмыкнул.

– Это говорят! Я-то понял, что это не так! Наверное, раньше так было...

Арчи захохотал:

– Тири, друг! Ни один нормальный человек... то есть наружник, в Город не пойдет.

Дима взялся за голову.

– Город, наружник, Равный... Ничего не понимаю! Арчи, чем наружник отличается от Равного?

– Если кратко...
– Арчи посмотрел куда-то поверх Димы.
– Отличается тем, что умеет любить.

Дима даже не понял, переспросил:

– Это в каком плане?

– В плане высших, человеческих эмоций. Им, Равным, незнакомо чувство любви, дружбы. Как следствие - и чувство ненависти.

– Бред, - быстро, не раздумывая, сказал Дима.
– С какой такой стати?

– Равным каждый месяц вводят сыворотку равенства. Она лишает их способности любить, способности предпочитать одного человека другому. Разумеется, такими людьми легко управлять...

– Бред... Сыворотка, избирательно лишающая любви? Тири, да скажи в конце концов!

Тири поднял на него растерянный взгляд:

– А что это такое - любить?..

...Он полз, расталкивая песок, выставив из него лишь узкую, зеленоватую голову. Первый раз патрульно-поисковый робот включил подпрограмму маскировки. Но вот он обогнул очередную скалу и замер. В прозрачных кристаллах телеобъективов отразилась серая округлая капсула.

– У вас проходят медицину?
– спросил Арчи.

Тири стоял лицом к стене, и Диме показалось, что он плачет, но когда Тири повернулся, глаза его были сухи.

– У нас проходят медицину, - сказал он.
– Не надо больше ничего объяснять. Пожалуйста...

Арчи вздохнул.

– В том-то и беда, что вы прекрасно все знаете. А пользоваться своими знаниями, самостоятельно делать выводы не умеете. Вытащишь Равного из Города, поговоришь с ним полчаса, он и хватается за голову... Сам задуматься не мог! Надо, чтобы кто-то лез под пули, называл белое белым, а черное черным!

Дима спросил, очень осторожно:

– Тири, а как у вас относятся к Дежурным?

Тири ответил не сразу.

– Нормально. В Городе говорят, что Дежурным может стать любой, что их подбирают автоматы случайных чисел... И что это вообще не важно: Дежурный ты или простой инженер...

Арчи вздохнул. А Тири продолжал:

– Мы же их сами утверждаем, своих Дежурных. Объявляют кандидатуру, мы голосуем... Можно проголосовать против, тогда выставят другого кандидата...

Он вытащил из кармана маленький черный кругляш, задумчиво повертел его в пальцах.

– Знак. Служит для голосования, символизирует равенство...

Арчи подскочил как ошпаренный:

– Ты что? Гарт же велел тебе снять Знак!

– Но не выбросить...

– Ой, балбес... Знак служит для слежки, а не для голосования!

Вряд ли тут стоило торопиться, слишком много времени уже прошло. Но это Дима понял потом. А сейчас он взял Знак у растерявшегося Тири (исследовать бы этот кусочек пластика), раскрыл люк, снял пистолет с предохранителя... В ярком солнечном свете лазерный луч был почти невидим. Подброшенный в воздух, Знак крутанулся, сверкнул, словно кусочек зеркала, и превратился в струйку пара. Дима не заметил, как в отдалении что-то дрогнуло. Маленький песчаный холмик шевельнулся и снова замер.

...Дисколеты готовили вахтенные техники. Обычно на это уходило около часа. Сейчас справились за десять минут. Залили горючее, потом, нацепив противогазы, едкий, вонючий окислитель. В этом полете не предполагалось выходить за пределы атмосферы, но порядок есть порядок... Стали прозванивать блоки управления, когда двери ангара раскрылись и шестеро Дежурных в рельефных противоперегрузочных костюмах вбежали внутрь.

– Отставить полетный контроль!

Три экипажа торопливо запрыгнули под колпаки дисколетов. Один из Дежурных махнул ошарашенным техникам:

– Подвесить контейнеры из особого хранилища!

Они обедали. Дима достал пакеты с пищей, раздал... Какая-то мысль занозой сидела в голове. Он посмотрел на Тири и понял.

– Арчи, но ведь Тири...
– он замялся, не решаясь договорить.
– Он ведь тоже Равный, а рассказывал про Гэла...

– Про Гэл, - резко, отрывисто сказал Тири.
– Она девушка.

– Что же, на вас сыворотка равенства не действовала?

Ответил Арчи. Неуверенно, словно сомневаясь в своих словах:

– Еще Форк удивился...

– Ваш проводник?

– Да. Где он сейчас?.. Форк говорил, что иногда такое бывает. У некоторых людей в организме вырабатывается особый фермент, который расщепляет сыворотку. Ну, а если двое таких людей встретятся...

– Это, наверное, очень маловероятно.

– Очень. Форк раньше считал, что это легенда.
– Арчи вздохнул и, подводя итог, добавил: - Тебе повезло, что Гэл - это девчонка, Тири. Здорово повезло... Ну ладно, давайте перекусим.