– Весьма благоразумно, – заметила Мэнди. – Я впечатлена. Войдешь или желаешь, чтобы мы отправились не мешкая?

– Чем скорее, тем лучше.

Означает ли это, что он не склонен тратить время на разговоры с Эстер, так как сообразил, что она проникла в его тайну?

Однако, когда Эстер спустилась, неся перед собой большую коробку с фатой, Дэн не выказал ни малейшего смущения…

Эстер вручила ему коробку.

– Дэн, как мило с вашей стороны, что вы предложили подбросить Мэнди. Я была бы рада пригласить вас переночевать в нашем деревенском коттедже, но он будет полон гостей.

– На этот счет не волнуйтесь. Я буду на мальчишнике, который состоится в местной гостинице.

– Вот и ладно. Только не позволяйте парням устраивать Теду глупые подвохи.

– Ни за что, Эстер. Будьте уверены.

Он отнес коробку к лимузину и открыл багажник. Мэнди отправилась следом, захватив свою дорожную сумку и несколько легких свертков.

– Я только попрощаюсь с Эстер и сразу можно отправляться.

Эстер, с подозрительно сияющими глазами, обняла ее на верхней ступеньке крыльца.

– Не теряйся, детка. И не забывай, что вечером мы соберемся за столом. Последний семейный ужин.

Мэнди шмыгнула носом, но ответила задорно:

– Вот и хорошо. Давно тебе пора сбыть дочерей с рук. – Она чмокнула Эстер в щеку и сбежала со ступеней.

Дэн придержал для нее дверцу, потом сел на водительское место.

– Не теряйся? – хмыкнул он.

– Семейная шутка, – пояснила Мэнди, а сама подумала с досадой: интересно, что Эстер подразумевает под этим двусмысленным пожеланием? Неужели ей не терпится взяться за организацию второй свадьбы?

Дэн вывел лимузин на трассу, и некоторое время они ехали, болтая о всякой всячине. Мэнди поддерживала ничего не значащий разговор, не желая затрагивать тему возможной тайной влюбленности Дэна в Лайзу.

– Ты совсем не похожа на свою сестру, – вдруг произнес Дэн, словно прочитав ее мысли.

Она вздрогнула.

– Что?

– Ты очень веселая. А Лайза как-то призналась, что еще в детстве старалась быть примерной девочкой.

Последняя фраза Дэна была окрашена теплыми тонами. Может, даже любовью? Мэнди не могла точно определить.

– Конечно, я не такая собранная, как Лайза, – кивнула она.

Дэн рассмеялся.

– Верно, в этом смысле с твоей сестрой никто не сравнится.

Снова в его тоне сквозит обожание! Но разве подобные вещи говорят о возлюбленных?

– Как вы познакомились? – осторожно спросила она.

– Я был теоретиком с массой идей и полным отсутствием практического опыта. Лайза показалась мне даром небес. – Он улыбнулся своим воспоминаниям. – Она явилась ко мне с таким количеством советов, которое в ту пору я даже не в силах был переварить. Нынешних высот моя фирма во многом достигла благодаря участию в ее деятельности твоей сестры.

– Выходит, у вас давнее знакомство?

– Нет, короткое, но весьма… интенсивное. Интенсивное?

– Понятно…

Кто знает, может, Дэн и впрямь неравнодушен к Лайзе. Или раньше был неравнодушен.

Мэнди размышляла об этом весь остаток пути. При этом у нее создалось впечатление, что он облегченно вздохнул, когда она умолкла.

Въехав в деревню, он спросил у Мэнди направление, и вскоре они остановились у большого трехэтажного коттеджа. Выключив двигатель, Дэн повернулся к спутнице и тихо спросил:

– Что случилось?

– Ничего, – с притворной беззаботностью пожала Мэнди плечами. – Спасибо, что подвез.

– Вечером увидимся?

Она покачала головой.

– Ты же слышал, что сказала Эстер: сегодня последний семейный ужин. Я не могу его проигнорировать.

– Конечно. А позже?

– После ужина?

– Почему ты так испугалась? Ведь не продлится же он до полуночи.

– Нет, но…

Макгриди взял ее руки в свои.

– Которая комната твоя?

О, нет! – подумала Мэнди. Снова начинается! Сейчас он попросит разрешения зайти.

– Хочешь забраться ко мне на балкон? – с деланной иронией спросила она. Одна только мысль о подобной возможности ввергла ее в трепет.

– Да, если это поможет.

– Чему?

– Тому, что ты согласишься поговорить со мной.

Мэнди вынула руки из его ладоней. ~ Я только тем и занимаюсь, что разговариваю с тобой.

– Речь идет о другом.

Она молча отвернулась.

– Вот видишь, – сказал Дэн. – Одно слово правды, и ты замыкаешься в себе.

– Прости, если мое общество тебе наскучило, – гордо произнесла Мэнди.