Шрифт:
– Рабинович, прочтите и распишитесь.
– Это вы о чем?
– О вашем предупреждении, об ответственности за дачу ложных показаний.
– Таки я никаких показаний не давал!
– Тем более - прочтите и распишитесь!
– Я не умею.
– Чего вы не умеете, читать или расписываться?
– Да нет, расписываться я умею - было б за что!
– Рабинович!
– Вы хотите сказать, что я еврей?
– А вы разве не Рабинович?
– А вы разве антисемит?
– В вашем паспорте написано, что вы Рабинович.
– Разве в паспорте написано, что я еврей?
– А ваш папа разве не еврей?
– Это его личное дело!
– Да кто вы такой, в конце концов!?
– Естественно, Иванов!
– А Рабинович?
– Это моя девичья фамилия!
– Но ведь ваш папа - Рабинович!
– Это биологический фактор!
– А Иванов?
– А Иванов - это призвание!
* * *
– Рабинович, вы женаты?
– Я пока разведен.
– Что значит пока? Вам восемьдесят лет! Вы так любите женщин?
– Нет, я однолюб!
– Зачем тогда разводились?
– Чтобы разменять квартиру.
– Сколько раз вы были женаты?
– Кажется, четырнадцать.
– Рабинович, вы обязаны говорить правду!
– А вы меня не запутывайте!
– Вы собираетесь жениться, Рабинович? Зачем?
– Чтобы обратно стать Ивановым!
– Но вы же не еврей?
– А что, если Иванов, так обязательно еврей?
– Рабинович, не пытайтесь ввести следствие в заблуждение!
– Куда ввести вы сказали?
– В заблуждение.
– И кого надо ввести?
– Да не надо, а даже и не пытайтесь!
– Нет, это вы пытаетесь меня запутать! Вы что - еврей?
– А вы, что - антисемит? Олег Павловский
Что такое конец света? Это отключение электричества в отдельно взятом американском квартале. Теперь я это знаю точно. А было это так... Приехали ко мне гости. Обычные такие гости, отечественные. И с ними – девочка-американка. Сестра одного из моих друзей. Взрослая уже в принципе, но это, как оказалось, только с виду. И вот сидим, пьем чай, болтаем. Американка эта, Сьюзан, довольно бойко разговаривает по-русски, правда, частит при этом как пулемет Максим. Ну, слово обгоняет мысль. И вот в разгар беседы телевизор выключается, свет плавно гаснет (лампы энергосбережения), в комнате наступает полная темнота. Вечер уже, а осенью темнает рано. В окно не видно ничего, значит, дом напротив тоже без электричества.
Видели когда-нибудь пятьдесят килограммов первобытного, животного ужаса? Я видел. Мысль о том, что нельзя включить свет, привела Сьюзан в состояние паники. Ни поспешно зажженная свеча, ни включенный фонарик не могли успокоить ее. Бедная американка то и дело озиралась по сторонам, словно ожидая, что из темных углов выпрыгнет Фредди Крюгер и утащит ее прямиком на Улицу Вязов. Все знание русского языка покинуло девочку в момент, и она на чистом английском вопила что-то вроде: “Позвоните консулу США”. Ага, сейчас. В нашем городе каждый ребенок наизусть помнит все телефоны американского посольства. Дело усугублялось тем, что Сьюзан забыла где-то свои таблетки для снятия стресса. Пришлось прибегнуть к чисто российскому антидепрессанту – влить в нее полстакана водки. Это, кажется, подействовало. К тому времени комнату освещали все свечи, которые нашлись в хозяйстве, и американка начала успокаиваться.
Она успокоилась настолько, что нашла на столе пульт дистанционного управления и попыталась включить TV. Экран, ясное дело, не загорелся. Попытка номер два – ноль. Попытка номер три – ничего. Столь детского удивления на человеческом лице я еще не видел. “А... а почему оно не работает?” “Электричества нет!” (“Вот ведь блондинка...”) Тут, видимо, для успокоения нервов, Сьюзан решила сварить кофе. Кофеварка электрическая, результат ясен. Тут ее снова накрыло. “Почему в этом ужасном доме ничего не работает?! Почему нет света?!” От воплей не выдержали соседи, в стену начали стучать, и похоже, ногами. Тут родственник этой самой американки запустил в стену подушкой, и стук прекратился.
Сидеть в темноте с истерично всхлипывающей девицей стало неинтересно, и гости начали собираться. Лифт, само собой, отключился тоже. Чего стоило уговорить, а потом и провести Сьюзан по темной (ужасно темной) лестнице, пожалуй, умолчу, чтобы не обижать братский американский народ. Но когда она обнаружила, что и на улице тоже стоит полная и абсолютная тьма... (Обесточили весь микрорайон. Погасли, естественно, и уличные фонари.) Затащить в машину Сьюзан удалось лишь с третьей попытки. На вопрос, как ехать, если ничего не видно, друг открыл зажигалку и высунул ее в окно, другой рукой запустив мотор: “ А вот так и поедем”. Хорошо, что центральный замок уже успел заблокироваться, иначе Сьюзан вылетела бы на ходу...
А теперь, внимание... По профессии эта самая Сьюзан – ПСИХОАНАЛИТИК. Господа талибы, террористы и прочие усамы! Хотите захватить Соединенные Штаты? Нет проблем: темной-темной осенней ночью выключите в их городах электричество...
Из Интернета
ХОЧУ СПАСТИ АМЕРИКУ
Соединённые Штаты в опасности. Террористы во главе с беном Ладеном хотят уничтожить Америку. А я хочу Америку спасти. Беда американцев в том, что они добрые. Они всегда защищают слабых и помогают бедным. Они не могут сидеть, сложа руки, когда где-то в мире происходит несправедливость. Даже если ещё и не происходит, а только может произойти что-нибудь, американцы, в силу своей душевной доброты, спешат вмешаться и не допустить развития нежелательной ситуации. У русских есть мудрая поговорка: «Не суй свой нос туда, куда собака ... не сунет». А у американцев, видимо, такой поговорки нет, и они руководствуются другой собачьей мудростью: «То, что нельзя укусить или оплодотворить, надо хотя бы обоссать». Это их и губит. Денег у американцев много, но тратят они их неправильно. Им бы поучиться у кота Матроскина, который честно признался: «У нас не денег, у нас ума не хватает». (Скотинка, а какой умный - умнее некоторых – М.Ж.).